Бунт османской Золушки

Видя, что головорез, прошедший огонь и воду, похож сейчас на маленького ребенка, получившего игрушку, Исмаил подумал, что делает правильно, нося дорогие перстни. Бакшиш всегда под рукой, никто не устоит перед блеском драгоценного камня.

Усатый ворчливо спросил:

– Оно стоит очень дорого, – улыбнулся Исмаил. – Спрячь его. Вернешься домой и купишь землю.

– Не много ли платишь за солдатскую похлебку? – прищурился усатый.

– Я плачу за жизнь, – твердо сказал Исмаил. – А она бесценна.

– Ладно, парень, приходи.

Солдат неторопливо спрятал в карман кольцо.

К костру подходили и другие отведать похлебки.

– Парнишка из новеньких, – кивнул усатый на Исмаила. – Необстрелянный еще. Поможем ему, братцы. Не то убьют в первом же бою.

– Расскажите мне, как здесь и что, – серьезно сказал Исмаил, подвигаясь и давая место у очага вновь пришедшим. – Почему не штурмуете крепость?

Солдаты заговорили дружно, выражая свое недовольство сердаром. Только через час Исмаил оставил своих новых друзей и пошел искать Юсуф-пашу, чтобы спросить у него про шпиона в крепости.

У Исмаила созрел план, как ему убить двух зайцев: расправиться с Султанзаде Мехмед-пашой и уговорить венецианцев сдать Канею. Сохранив при этом жизнь и османских солдат, и осажденных. Исмаил понял, что за два месяца осады все измучились и хотят мира. Но для переговоров нужен веский довод и нужен посредник.

Юсуф-пашу он нашел сидящим в деревянном кресле среди окруживших его военачальников. Они издалека смотрели, как растет насыпь у крепостной стены, и обсуждали новый штурм после того, как с этой насыпи откроют огонь турецкие пушки.

Военный совет выглядел вполне мирно: никто никуда не торопился.

– Приветствую сердара, – низко поклонился Исмаил. Паши расступились, и Юсуф увидел гонца падишаха. Лицо сердара вмиг изменилось:

– Я так крепко уснул после сытного ужина и кувшина вина, любезно предоставленного мне вами, Юсуф-паша, что опоздал на совет. Думаю, мне простят это, раз я с дороги.

– Ну и наглец! – вырвалось у сердара.

– А кого же тогда зарезали? – вырвалось у одного из пашей.

 – Вы сказали, сердар, что ночью была вылазка осажденных и гонец падишаха мертв! Мы уже отправили в Топкапы письмо, где сообщили повелителю о случившемся и просим его милости за то, что не уберегли его посла.

– Мне удалось отбиться от нападавших, – насмешливо сказал Исмаил. – Хотя их было не меньше десятка. Вы ведь подтвердите мою храбрость, паши?

– О, это чудо, что ты жив! Хвала Аллаху! – кисло сказал сердар, воздев руки к небу.