Бывшая сводного брата

— Малыши! Прекратите! — Маша подлетает к детворе. Начинает разбираться в проблеме, терпеливо выясняет и объясняет как действовать можно, а как нельзя.

— Мама! — радостно кричит Стасик. Бросает все, подскакивает на ноги, несётся ко мне. Присаживаюсь на колени, развожу руки в разные стороны, малыш падает в мои объятия.

— Привет, — здороваюсь с ним, улыбаюсь.

— Ты как? — интересуется Маша.

— Нормально, — отмахиваюсь. — А где… — небольшая заминка. — Отцы?

— Они отъехали ненадолго, — принимается пояснять. — У Стаса есть существенный компромат на Ользовского.

Он хочет его передать следователю.

— Ты тоже знала? — спрашиваю.

— Что именно? — Маша не понимает.

— Про моего биологического отца, — произношу не скрывая боли.

Маша молчит. Смотрит с печалью. Я жду, когда мне хоть кто-то хоть что-то объяснит.

— Не увиливай, — настаиваю. Не отрываю от нее внимательного взгляда.

— Знала, — отвечает. Делаю глубокий резкий вдох. — Прежде, чем психовать, послушай, — начинает быстро говорить. — У Славы и Стаса не было выбора.

Они оба старались тебя защитить.

— От чего? — усмехаюсь. — От потрясения после встречи с родным отцом? С человеком, которого похоронила?

— Нет, — пресекает начинающуюся истерику. — Слава узнал, что тебя собираются скомпрометировать. Он искал пути, как этого избежать.

— И нашел, — говорю едко.

— Нашел, — кивает. — И был в шоке. Потому что на него вышел твой биологический отец.

— В смысле? — не понимаю.

— Стас потерял память, — после этих слов у меня злость резко пропадает.

 — Не помнил ни имени, ни адреса, ничего. Как первое время выживал понятия не имею, мне не рассказывали. Знаю лишь, что он заработал себе репутацию в определенных кругах. Поэтому когда Слава стал искать человека, способного вывести Ольховского на чистую воду, он вышел на Стаса. И представь, как был удивлен увидев давно умершего друга.

— А что потом? — интересуюсь.

— Потом, — замолкает. Видимо вспоминает что произошло. — Стас устроился к Богдану личным водителем, начал за ним следить.

Тебе решили рассказать позже. Когда угроза минует.

— Но… погоди, — вспоминаю случай с Молотом. — Меня однажды чуть по кругу не пустили.

— Да, — кивает. — Стас это все пресек.

— Меня спас Молот! — произношу с жаром.

— По указке твоего родного отца, — парирует Маша. — Он очень хорошо умеет манипулировать людьми. Особенно, когда требуется получить информацию. Скоро сама убедишься.

— Не хочу, — заявляю печально.

— Почему? — искренне удивляется.