— Нет, это должна сделать я сама, — сказав это, нажала на кнопку. Окно открылось. Выходить я не хотела, так как надеялась поскорее разобраться и уехать.
— Наташа, я не разрешал тебе уходить, — отец трясся, меня удивило, что он выбежал в одном пальто и тапках.
— Мне не нужно твое разрешение.
— Я не договорил…
— А я договорила, — уверенно сказала я. — Пожалуйста, открой ворота. Я хочу уехать.
Отец молча смотрел на меня. Я впервые позволяла себе говорить вот так откровенно и резко.
— Во всем виновата Алевтина! — неожиданно рявкнул он.
— Наташа, если ты моя дочь, все мое состояние…"
"— Разве я когда-то была твоей дочерью? Ты не называл меня так… Только неудачницей, ничтожеством, неблагодарной оборванкой и… кошатницей!
— Наташа… — мое имя прозвучало впервые растерянно.
— Открой ворота, иначе я сама сяду за руль и снесу их.
Отец посмотрел на Рейна, словно желая получить от него поддержку.
— Наташа. Ты не можешь сесть за руль, это опасно, — вздохнул бывший. Я тут же повернулась к нему.
Неужели в такой важный момент он пойдет против?
— Поэтому я сам наберу скорость и снесу эти ворота, — добавил он и улыбнулся. Это заставило улыбнуться в ответ и меня.
— Я… я буду тебя ждать. Когда ты отрезвеешь и остынешь. Ты перебрала, — пробурчал отец.
— Отпусти, — сказала я одно слово, но оно отражало все, что должно было.
Отец сжал челюсти, а после кивнул охраннику.
Он снова посмотрел на меня. Весь такой жалкий в этом пальто и тапочках, замерший в снегу. В какой-то момент вся злость испарилась, я не могла никак закрыть окно, все ждала, что же он скажет.
— Алевтина дрянь, но твоя мама тоже не была святой, поэтому тест… — на этом я перестала слушать. Все. Конец.
Нажала на кнопку и закрыла окно.
Рейн понял без слов. Машина просто тронулась и поехала вперед. В зеркале промелькнул силуэт папы. Он что-то прокричал напоследок. Но мне уже было не интересно.
Я слишком много потратила сил, чтобы он любил меня. Так завидовала Ане. Думала, что со мной что-то не так.
Но теперь точно осознала одну вещь. Мой отец никого не любит, он просто не умеет любить.
И проблема не во мне, не в маме. Проблема только в нем. И в этот момент я почувствовала, словно мою шею так давно сжимал ошейник, который я наконец-то с себя сбросила.
Глава 56
Наташа
По дороге мы купили пиццу и напитки. Уже дома я включила телевизор, и мы с Рейном сели, как любили делать, когда встречались, на пол, разложив вокруг себя подушки.
