Совсем скоро состоится знакомство с родственниками Корвила. Как всё пройдёт и что будет? В одном я точно не сомневалась — сейчас мне предстояло надеть маску и играть. Улыбаться, даже если хочется плакать.
Отсчёт пошел.
Впереди нас ждал целый год лжи и притворства.
Да помогут нам Великие.
Усталость, перенапряжение и бессонная ночь дали о себе знать. Сильно хотелось спать. Первое время я еще пыталась бороться с накатывающей волнами сонливостью, смотрела в окошко, изучая новую для себя страну. Но хватило меня ненадолго.
Пейзаж, несмотря на всю его красоту, расплывался перед глазами.
— Устала? — вдруг тихо спросил Корвил, первым нарушив тишину.
— Немного.
— Можешь подремать. До замка три часа пути, может больше. Снега много выпало, могут быть заносы. Мы не планировали останавливаться на постоялом дворе, но если ты хочешь есть…
— Не хочу.
Я страшно устала от всего и как никогда стремилась оказаться в своей комнате, какой бы она ни была, лечь на мягкую перину и уснуть. Жаль, Конни больше нет со мной.
— Замерзла? Достать плед?
— Всё нормально, — я перебралась в угол, скрестила руки и закрыла глаза.
Несмотря на прохладу и качку, я незаметно для себя задремала, находясь в каком-то призрачном состоянии между сном и явью. Всё было как в тумане, звуки приглушены, а тело расслаблено. Уснуть крепче мешала неровная дорога и сугробы, на которых карету подбрасывало вверх и в стороны, и нас вместе с ней. Только я забывалась, как почти сразу болезненно билась головой об угол, который хоть и был обтянут мягкой тканью, всё равно мешал, и раздраженно шипела.
Снова и снова.
А потом всё вдруг изменилось. Положение стало более устойчивым, меня не бросало, а если и бросало, то не сильно. Стало теплее, по крайней мере, неприятный холодок больше не пробирался за шиворот, вызывая мурашки.
Пахло морозом, солнцем, хвоей и сладкой клюквой. Это, наверное, из-за букета, который мне подарил Корвил. Красивый букет. Необычный. А еще пахло чем-то знакомым и тревожным.
Я не сразу поняла, что это кровь, и завозилась.
Кровь — это плохо. Это боль.
Уже не больно, — тихо ответил кто-то, тревожа завитки у ушка тёплым дыханием.
Щекотно.
— Прости.
Я счастливо вздохнула, отчего-то чувствуя себя в безопасности. Забытое чувство и такое родное.
— Я скучал по тебе, Сэм."
"Селина. Почему ты так редко зовёшь меня настоящим именем? Разве оно плохое?
— Хорошее, красивое, — соглашается знакомый голос и еще крепче прижимает к себе.
