Этот свет был доступен лишь искрящим, к счастью, родственник к ним не относился.
Путь был долгим. В темноте, освещаемой лишь тусклым светом магического светильника, который он держал в руке. Его вторая рука крепко держала меня за запястье, не давая вырваться.
Паутина, затхлый запах плесени, который забивался в лёгкие и вызывал сухой болезненный кашель. Холодный камень под ногами и писк крыс, что пробегали мимо нас. Бесконечные повороты, на которых я старалась оставить маячки. Не знаю, как мужчина ориентировался, но я уже понятия не имела, где мы находимся.
Оставалось надеяться, что он знал дорогу.
— Почти пришли.
Сначала я услышала шум воды, мелодичный перезвон падающих капель, воздух стал более свежим и чистым, потолок поднялся выше, а вдалеке возник тусклый свет.
Пара шагов и мы вышли к небольшой зале с высоким потолком, который терялся во мраке. В центре неё располагался круглый пруд. А на каменной скамейке, тяжело опираясь плечом о перила и свесив голову вниз, сидел светловолосый мужчина.
— Эйдан!
Мой бывший жених действительно полулежал на скамейке и вздрогнул, услышав крик, который гулким эхом прошёлся по стенам и затерялся в вышине.
— Селина.
Вырвав руку из захвата Клода и подхватив юбки, бросилась бежать вниз, едва не падая на мраморных ступеньках. Мои шаги гулко отзывались в пустом помещении.
Селина, — вновь повторил Эйдан, когда, приземлившись рядом с ним на колени, я принялась лихорадочно ощупывать его, трогать лоб, заглядывать в глаза. — Ты здесь.
— Великие, — выдохнула едва слышно и закусила губу.
Выглядел Эйдан кошмарно: бледный, с впалыми глазами, которые горели тусклым светом. Синяки на лице пожелтели, став неприятного фиолетового цвета. Он похудел очень сильно, скулы выступили, нос заострился.
— Ему нужно к целителю и как можно скорее, — сказала, бросив взгляд на Клода, который не спеша подошёл к нам.
— Ты же понимаешь, что это невозможно.
— Селина. Моя Селина. Ты здесь, — шептал Эйдан.
Счастливая улыбка вызывала дрожь, такой жуткой она выглядела, и я едва сдерживала слёзы.
— Он болен, измучен и замёрз. У него жар, — я вновь коснулась его лба и закусила губу. — Мы не можем его так просто оставить.
— Зачем оставлять? — лениво отозвался родственник.
Засунув руки в карманы брюк, он медленно покачивался туда-сюда на низких каблуках и насмешливо улыбался.
— Что вы имеете в виду?
Эйдан поймал мою ладошку и прижал к сухим губам.
— Я так скучал.
— Я помогу вам выбраться отсюда.
