Никакого намека на интим, но у меня все внутри переворачивается от этого момента настоящей близости, неизведанной нами ранее. Слава крепко держит меня в своих руках, а я обнимаю его руки.
— Я тоже люблю его, — говорит едва слышно, и я закрываю глаза.
Слезы скатываются по щекам, а руки прижимают теснее. Засыпаем в обнимку, как старые супруги.
Глава 21. Слезы еле держу
Таня
Трясусь в автобусе два часа. Решение уехать за город к маме и бабушке кажется правильным. Я давно обещаю им приехать, откладывать поездку становится уже неприличным.
Мама расстроится и просто вынесет мне мозг. Или приедет в город и останется в квартире, что еще хуже!
С годами нам с ней сложнее стало уживаться друг с другом. На даче еще терпимо, там хотя бы бабушка, а вот в городе будет самая настоящая пытка. Знаю, что нельзя так говорить. Все-таки она мама — но, черт возьми! Порой она бывает совершенно, просто совершенно невыносима.
От автовокзала иду пешком. Далековато до дома, в котором живут мама с бабушкой, но такси в маленьком поселке — настоящая роскошь, да и ждать его будешь дольше.
Еще даже не зайдя во двор, слышу звуки ругани. Вздыхаю. Добро пожаловать домой. Опускаю голову и толкаю калитку, без труда нахожу двух скандалисток.
— Привет, — вяло улыбаюсь и машу рукой маме с бабушкой, которые замирают с инструментами в руках.
— Нюшенька! — бабушка отставляет тяпку, смахивает с лица белесую прядь и подходит ко мне.
Несмотря на преклонный возраст, она хорошо сохранилась. Прижимает меня к себе и шепчет:
— Здравствуй, внученька, — в голосе нежность.
— Совсем исхудала!
Окидывает мою фигуру недовольным взглядом и цыкает.
— Ну ничего, откормим. Были б кости, а мясо нарастет.
Улыбаюсь бабуле. Она у меня мировая женщина. У нее по-настоящему большое сердце. Когда я была маленькой, не могла понять, почему бабушка меня любит больше, чем мама. Разве так должно быть? В этом вопросе я так до сих пор и не разобралась."
"— Привет, мам, — здороваюсь неуверенно.
Мама продолжает работать тяпкой, не глядя на нас.
— Привет, Тань, — отмахивается от меня.
Сглатываю и подхожу к ней. Неловко обнимаю за плечи и целую в холодную щеку. Она не обнимает меня в ответ, извиняющеся разводит руками, мол, грязная. Киваю — да-да, понимаю все.
Хотя я ни черта не понимаю. Хочется кричать о том, как мне не хватает ее тепла. Самую малость, немножечко тепла. Хотя бы разок. Простых объятий будет достаточно. Я много не заберу. Правда.
— Что ты там приволокла? — снова недовольна мной.
