Уже вечером мы сидели на кухне. Я вяло ковырялась в тарелке. Одна мысль не давала мне покоя.
Я долго думала о том, стоит ли сообщить Торгарду о моём положении.
Казалось, что прошлое лучше оставить позади, но теперь, когда я держала в руках доказательство новой жизни, я не могла не задуматься о том, что будет действительно правильно.
— Мам, как ты думаешь, стоит ли Торгарду знать о том, что… у него будет ребенок? — спросила я, а сама посмотрела в окно. Там уже занимался закат."
"— Лис, это очень сложный вопрос, — начала она осторожно.
— С одной стороны, у него есть право знать, что у него будет наследник. Но с другой стороны, ты должна подумать о том, какой будет его реакция и как это повлияет на тебя и на ребёнка. Он не простой человек. Его род один из самых влиятельных в столице. А еще… такого ведь не должно было быть…
Я вздохнула, глядя на горизонт.
— Не должно… думаешь он будет сомневаться от него ли ребенок? — а у самой колючий ком встал в горле.
Воспоминания о Торгарде всё ещё были болезненными, но я знала, что нельзя строить будущее, не разобравшись с прошлым.
— Я боюсь, что его реакция будет негативной, — призналась я. — Что если он не захочет этого ребёнка или, хуже того, захочет забрать его у меня? При условии, конечно, что он… поверит мне. Теперь уже я ни в чем не уверена.
Мама задумчиво кивнула.
— Ты права, такие риски существуют. Но есть ещё один момент, о котором ты должна подумать. Если ты решишь не сообщать ему, как ты будешь чувствовать себя потом? Не будет ли это грызть тебя изнутри? Не будешь ли ты жалеть о том, что не дала ему шанс узнать своего ребёнка? Хорошенько все взвесь, милая.
Её слова заставили меня задуматься. Я понимала, что вне зависимости от того, что произойдёт, мне нужно сделать выбор, с которым я смогу жить.
— Возможно, стоит дать ему шанс узнать, — сказала я наконец.
Мама кивнула, её лицо выражало одобрение и поддержку.
— Если что-то пойдет не так. То мы уедем, — сказала она. — И будь уверена он не найдет нас и не отберет твою дочь.
Мама столь проникновенно посмотрела на меня своим бирюзовым взглядом, что мне даже показались на дне ее зрачков странные завихрения.
Я моргнула, подалась вперед, чтобы рассмотреть это как следует, но мама словно взяла себя в руки и ее взгляд снова стал обычным.
И если бы я не знала, что она слабая магичка воды, точно испугалась бы.
Хотя что-то такое в голосе мамы все же заставляло меня принять ее слова всерьез.
Я улыбнулась, чувствуя, как немного утихает тревога.
