Бывшие. Первая жена

Герман поднимает взгляд.

Он делает странное движение, словно жует что-то горькое. Его фирменный знак. Герман так делал во время сильных душевных переживаний. Ему ситуация тоже не нравилась.

— Вера, вернемся к теме.

Я его жена. Черт возьми, я с ним спала, любила его, а он поступил со мной, как с последней шлюхой! Даже хуже. Шлюхе платят и вышвыривают вон. Не держат в четырех стенах, игнорируя.

— Я же не на допросе, я его жена, Герман.

Ошибаешься, говорит взгляд телохранителя.

— Альбина Санина, — вдруг говорит он.

 — Я хочу еще раз услышать, что она вам говорила.

На Альбине Борисовне они зациклились. Я не понимала, почему. Теперь думаю, что она была единственной реальной ниточкой, связывающей с людьми, меня нанявшими. А они, в свою очередь, вели к заказчику.

Слишком сложная цепочка порой себя окупает.

— А я не хочу, — отвечаю я, по этим ремаркам понимая, что никого они не нашли. — Зашли в тупик, да?

Одновременно я испытываю неуместное злорадство, потому что распутать адский клубок в моих же интересах.

Но Ян умеет вызывать противоречивые чувства. Хотелось вывести из себя эту чертову каменную скалу Германа, который вообще ни на что не реагирует… кроме как на нас с Яном. На нашу паршивую историю.

— Санина мертва, — вдруг выдает он с каменным лицом, и я давлюсь воздухом. — Исполнители изнасилования не сказали ничего стоящего. Мы не смогли выйти на организатора. Так что вы правы, госпожа Горская. Мы в тупике.

— Что с ней случилось?

— Ее толкнули под грузовик.

Знакомый почерк?

Я кутаюсь в теплую кофту. Мне почти на все плевать, кроме того, что время идет и если буду хорошо себя вести, то скоро выйду. А пока это что-то вроде тюрьмы, где тебя гнобят каждый день. Не верь, не бойся, не проси.

— Мне плевать на нее. И на вас, Герман, тоже, — сглатываю. — И на Яна. Я просто жду развод.

Я не хотела помогать.

Я хотела, чтобы этот сраный Герман пошел вместе с Яном на хрен. Он тогда ждал за дверью. Интересно, если бы Ян меня изнасиловал, он был так и стоял, дальше слушая, как я ору? Босс ведь главный.

Ему все можно.

— Вы считаете, после развода все закончится?

Тон окатывает, как кипяток. Именно так я и считала.

— У меня для вас плохие новости, Вера. Яна пытались не просто убить, а отрезать палец. Как вы считаете, для чего?

— Боюсь, что нет. Доступ к отпечатку пальца Горского открывает много возможностей. Им не удалось достичь задуманного, а нам — выяснить, кто это.