— Я всё решила, Кристиан, — прошипела, даже зная, что могу навлечь на себя гнев дракона. — Я… люблю Стефана. И готова отдать ему сердце.
— Ника, истинность вскружила тебе голову и затуманила разум.
— Возможно. Но мне нравится то, что я чувствую к лорду Терьену, и не хочу это терять.
— Очнись, твоя любовь к моему брату — не настоящая.
— А твоя, Кристиан, была настоящей? — Бросила обвинительно. — Ко мне? Или может, Антонии?
Имя обманщицы вырвало из груди дракона яростный рёв.
— Хватит об Антонии. Ты моя, поняла?
На нас начали коситься, особенно одна студентка, застывшая неподалеку с каменным от боли лицом и горящим ревнивым взглядом.
Краем глаза — заметив сводную сестру, оттолкнула Терьена ладонями в грудь.
— Прекрати. На нас все смотрят.
— И пусть. Чувства к тебе слишком сильны, чтобы скрывать."
"— Все кончено, — устало прошипела в тысячный раз. — То, что было между нами, погасло. Да, когда-то я любила тебя, но жизнь все расставила по местам. Мы не созданы друг для друга. Я встретила Истинного.
И ты встретишь пару. — Я невольно скосилась на беззвучно глотавшую слезы Мелису. — Просто позволь дракону прийти в себя после обмана, и всё изменится.
— Я прекрасно себя чувствую. И отпускать тебя, жена, не намерен. Забыла наш уговор?
Сердце оборвалось, ударив по ребрам.
Я подавилась на вдохе:
— Прошу, не трогай Мелису.
— Почему? — Он холодно изогнул красивую бровь. — Студентка Рид и так висит на волоске от отчисления. Прогулы, постоянные опоздания, невыполненные лабораторные и курсовые.
Месяцем раньше или позже. Ее все равно отчислят. Но у тебя есть шанс спасти сестру. Вернись ко мне, и все её прогулы испарятся.
Я вновь оказалась в тисках могучих рук. Лицо обожгло горячее дыхание, а в синих глазах, направленных на меня, вспыхнуло пламя.
Бывший обезумел от наваждения — вернуть супругу. Зверь внутри страдал после разрыва фальшивой связи и явно не отдавал отчёт собственным действиям, а человек слепо выполнял волю бунтовавшего хищника.
Он несколько секунд изучал мое красивое лицо — свежее, без тех ужасных шрамов, оставленных черной магией и безжалостным пламенем, скользнул к пухлым губам, что в данный момент судорожно глотали воздух и, когда я попыталась, вырваться, обнял крепче и поцеловал.
Жестко и собственнически. Утоляя голод из-за длительной разлуки.
В душе взвинтилось раздражение. Нет, это уже перебор!
Я решительно уперлась ладонями в стальную грудь.
— Что ты делаешь?!
Прошипела, но как-то слабо.
