Я вновь попыталась оттолкнуть его, но Воронцов перехватил мои руки в запястьях и легко поднял их у меня над головой, словно бы пригвоздив к двери. Он продолжал наваливаться всем телом на меня.
— Что? Стало неудобной? — запыхалась я, дунула на прядь волос, выскочившую из строгого пучка причёски.
— Рыжуля… — голос Воронцова мигом осип.
Вздрогнула. Раньше он частенько так меня называл. Это заставило меня более внимательно к нему присмотреться. Он что, заигрывает со мной? Сама эта мысль меня посмешила, хотя в общем-то мне было не до смеха.
— А ты горячая штучка, Надя, да? — снова эта сексуальная хрипотца в голосе, которая сводила меня с ума.
Безумно горячая ладонь Александра легла на внешнюю сторону бедра и двинулась вверх, буквально прожигая насквозь кожу и тут же мураша. Даже сквозь тонкий материал служебной юбочки, что обтягивала бёдра.
Я свела колени вместе, почувствовав, что мои трусики намокли. Что?! Моё тело до сих пор реагирует на него, как на своего мужчину. Это всё потому что у меня никого не было с тех пор как мы расстались с Воронцовым.
Ну не могу я спать с мужчиной, если чувств нет… А к Воронцову?! Ну нет… Точно нет. Убедила я саму себя.
Послышался хитрый смешок Воронцова. Ему всегда безошибочно удавалось понимать, что я чувствовала, особенно в такие моменты.
— Поплыла, Надюш, м? — прямо возле уха.
Вот же чёрт! Стало безумно жарко и влажно между ног.
Строптиво дёрнулась, но сопротивляться такой громаде как Воронцов было бесполезно.
А тем временем его ладонь залезла под юбку и двинулась к внутренней стороне бёдер, ноги так и подкашивались.
— Ты слишком высокого о себе мнения, — проговорила я сбивающимся голосом.
Его бровь взметнулись.
— Неужели? — голос хриплый до невозможности, твёрдый член упирался прямо в промежность, — готов поспорить, что ты уже вся мокрая…
Прав, чертовски прав!
— А ты до сих пор не заинтересован? — лучшая защита — нападение, — что же твоя девушка одна в номере, а ты тут со мной? Можно только пожалеть бедняжку.
— Она очередная блядь, не думай о ней, — и в этом был весь Воронцов, — если она тебе мешает, могу её отправить восвояси, — шептал он, всё также горячо лаская мне бёдра.
Я обессилено зарычала.
— Я больше не твоя жена, — запыхавшись произнесла я.
— Ммм… горячая, волчица. Изменилась, раньше была робкая, — его пальцы неожиданно нырнули в мои трусики.
Простонала от бессилия, почувствовав, что градус возбуждения растёт.
