— Погоди немного, сейчас на ладонь мне кончишь, тогда хоть заорись, — бесстыдно проговорил он и впился в меня поцелуем, в который вложил всю свою силу, — не говори, что не хочешь.
Губы тут же онемели. Его язык ворвался вы мой рот.
В следующий миг Воронцов вскрикнул и слегка отстранился от меня, ослабив хватку. Мне хватило этого, чтобы освободиться от его удушающих объятий.
Дышала я сбито.
Он оттирал от крови прокушенные мною губы.
— Дикарка, — пробормотал он, отрывисто дыша, — когда успела такой стать?
— Совсем уже, Воронцов, нас больше ничего не связывает! Если ещё раз такое повторишь, то проснёшься без яиц, — угрожающе понизила я голос.
Поправила юбку и причёску в любой момент ожидая нападения.
Но вопреки моим опасениям Воронцов сделал шаг от двери, освобождая проход.
Я уже открыла дверь как услышала:
— И что, даже не интересует моё предложение?
Глава 6"
"Я обернулась к нему и успела заметить, что он сложил руки в карманы в брюк и смотрел на меня исподлобья.
— Чтобы это ни было… — я не договорила.
Воронцов прервал меня нетерпеливо.
— Ты сейчас работаешь, — прервался бывший и оглядел шикарную столовую залу с некоторой толикой брезгливости, — ты сейчас работаешь, — завершил мысль, но затем продолжил, — не думаю, что здесь платят настолько хорошо, чтобы ты могла покрыть все свои потребности…
— Тебя это как волнует? — огрызнулась я, ударил в слабое место, квартира и вправду съёмная, на всём экономия.
Уголки его губ едва заметно дёрнулись вверх.
Издевался.
— Ты мне нужна. А то, что я хочу предложить лишь сделка…
— А сейчас только, что было… когда ты, — я понизила голос и кончики моих ушей стали красными, — ты залез в… — красноречиво взглядом показала то, что не сумела сказать, какие-то темы не подлежат обсуждению, даже будь он моим мужем тысячу лет, а не год.
Он хмыкнул.
— Часть сделки, к примеру. Она может быть приятной… Для нас обоих.
— Нет, — твёрдо проговорила я, — оставь эти игры девице в твоём номере.
Он склонил голову в сторону и его взгляд загорелся, как будто бы он был на охоте. А жертва кто? Я?
По спине пробежали мурашки.
— Она так впечатлила тебя или… — начал было он.
Я точно знала, что Александр хотел сказать.
— Или, что, вообразил, что я тебя приревновала? Уже говорила, что ты слишком высокого мнения о себе, — напомнила ему я.
— Влага на твоих трусиках — обратного.
— Не хочу продолжать этот разговор, — вновь обернулась я к двери.
