— У тебя вся спина в крови, — говорит он, стоя настолько близко ко мне, что его дыхание касается моей щеки. — Тут, конечно, привыкли к этому, но лучше меньше вопросов.
Я послушно укутываюсь в тяжелый теплый плащ, но все равно ощущаю прохладу без рук Ника.
Деревянные ступеньки крыльца скрипят под нашими ногами, когда дверь таверны распахивается, а оттуда буквально вываливается совершенно нетрезвый мужчина. Ник закрывает меня своей спиной и помогает зайти в дверь, только убедившись, что больше неожиданных “выпаданцев” не будет.
Нас встречает полутемное душноватое помещение с множеством криво сколоченных столов и табуретов, заполненное посетителями лишь на треть. В углу горит очаг, около которого сидит какой-то крупный мужчина и курит трубку. За стойкой суетится крупная рыжеволосая женщина в переднике, она окидывает Ника оценивающим взглядом и, похоже, остается довольна.
Ник подходит к ней:
— Мне нужна твоя лучшая комната. — Он кидает на стойку мешок, который со звоном приземляется на деревянную поверхность.
Она прищуривается и ухмыляется.
— Ну и гости у меня сегодня. — Женщина вытирает стойку, а мешочек практически незаметно оказывается в ее руках. — Всем лучшее подавай. А лучшая комната одна… Чердак остался. Коли хотите — добро пожаловать, коли нет — вон, в пятой землянке, пустят на лавку.
Ник опускает подбородок и сверлящим взглядом смотрит на хозяйку. Он ничего не говорит, но женщина меняется в лице.
— Чердак большой и обжитой, — отговаривается она. — Да и уединения вам с…
Тут женщина, наконец, обращает внимание на меня.
Но ее взгляд мне не нравится — через распахнувшийся плащ она видит отсутствие амулета. Нетрудно догадаться, какое мнение складывается обо мне.
— В общем, тихо там, — подводит черту женщина.
— Нас здесь нет. Еду сама приносить нам будешь, — отрезает Ник. — И воды два ведра. И котелок кипятка. Сейчас же.
Хозяйка таверны вздрагивает от тона, протягивает ключ и сразу кидается через низкую дверь на кухню.
Ник обхватывает пальцами мою руку чуть выше локтя и тянет вверх по лестнице.
Мы поднимаемся на четыре лестничных пролета и оказываемся перед единственной дверью, которую он открывает с помощью ключа и, осмотрев помещение, впускает меня.
Парой щелчков зажигает свечи и осматривает помещение. Одна большая двуспальная кровать с простым деревянным изголовьем и льняным постельным бельем, стол у окна с письменными принадлежностями, пара стульев и умывальник в самом углу.
