И… Ни с чем не возможно перепутать звук поцелуя! И эти нотки хрипа, которые не смогу вытравить из себя самой никогда!
Мир не просто плывет перед глазами. Он разлетается на куски. Черные. Беспросветные. Огромными пластами рушится прямо вокруг меня."
"Ни одно землетрясение не принесло бы столько разрушений! Кажется, вся жизнь, я сама сейчас грохотом опадаю, крошась на ошметки у этой спальни!
Глава 35
— Сергей.
Выхожу во двор, вот теперь уже в полном тумане.
Коротко киваю Василию, показывая, что просто хочу прогуляться, подышать воздухом.
Как делала это сотни раз за последние дни моего одиночества в этом доме. Просто прогуливалась в болезненной, жгучей, отчаянной надежде на то, что вдалеке увижу высокую фигуру в неизменно черном.
Увидела. Дождалась.
— Вы обещали помощь. Я готова ее принять.
Он будто и не спал. Словно ждал звонка.
Мне даже представляться не нужно.
— Где вы сейчас, Даша?
И голос — спокойный, ровный. Как будто совсем и не удивлен!
Хотя…
Наверное, только я одна и удивилась.
Для всех остальных из круга Влада Северова все это, наверное, давно уже не новость!
— Во дворе дома…
Язык не поворачивается даже произнести его имя.
То имя, что было таким родным, вплелось в саму меня. А сейчас — будто нож, что перережет горло. Одним тем, что я его вымолвлю вслух. Чужое. Хлесткое. Способное убить.
Но я не могу позволить себе истерику.
Хоть хочется повалиться в снег и орать от боли. Нет, не рыдать, не плакать, — именно орать.
Как он мог? Вот так? Со мной?
— Отправляйтесь в центр.
В «Горячий снег», один из клубов Влада. Там вас знают и ничего не заподозрят. Зайдете в туалет, выйдете черным ходом. Я буду вас там ждать. Через полчаса, Даша. Устроит? Успеваете?
— Да, — роняю в трубку, чувствуя, как снова сжимается сердце, покрываясь коркой льда.
«Горячий снег». Тот самый его клуб. Тот, в который мы так мечтали попасть с девчонками когда-то, кажется, в прошлой жизни. И в котором я в итоге и оказалась. Оттуда все началось. Там все и закончится.
— Василий, — кажется, из меня выкачали… Не воздух.
Саму меня.
Голос, движения, — все безжизненное. Как будто кто-то двигается и говорит вместо меня. А я лишь наблюдаю за собственной оболочкой со стороны.
— Отвези меня в «Горячий снег».
Он явно удивлен, но только кивает. Идеальный исполнитель, привыкший исполнять приказы и не рассуждать. Не задавать вопросов. Только густая бровь на секунду взлетает вверх. Ну да, он привык, что я веду затворнический образ жизни.
