Чайная роза

Она не привыкла к знакам внимания с его стороны, но приняла чашку с благодарностью. Дядя посидел с ней еще немного, зевая и потирая лицо. Девушка в который раз поразилась его сходству с отцом. В мозгу мелькнуло беглое воспоминание о том, как отец выглядел в ее сне. Он пытался что-то дать ей… Но тут Майкл сказал, что идет спать и советует ей сделать то же самое. Он надеется, что сегодня призрак больше не появится. А если появится, то уйдет так же быстро, как и пришел.

— Не думаю, что мне удастся уснуть, дядя Майкл, — ответила Фиона.

Она понимала, что пролежит до утра с открытыми глазами, заново переживая кошмар. Единственное противоядие от страха — это работа. Работа позволяет забыть про все на свете. Девушка потянулась к фартуку, висевшему на спинке стула, и надела его.

— Уже полночь, — сказал Майкл, — Куда тебя несет?

— Вниз. Нужно подготовить магазин к открытию.

— Подожди хотя бы до рассвета. Зачем торчать там одной?

Фиона устало улыбнулась. Одной? С жуткими привидениями и воспоминаниями?

— Одна я не останусь, дядя Майкл, — сказала она.

 — Компанию мне составит призрак. И все его друзья тоже.

Когда по ночам Никласа Сомса одолевала бессонница, он любил бродить по улицам Манхэттена. После наступления темноты здесь было тихо и спокойно. Чудовище отдыхало. В это время город принадлежал только ему, Нику. Тротуары были пусты. Магазины закрыты. Свет горел лишь в окнах пивных и ресторанов. При желании можно было остановиться и осмотреть что угодно. Людей вокруг почти не было, и никто не сказал бы ни слова, если бы ему вздумалось изучить интересное здание или симпатичный дворик.

Сегодня он прошел порядочное расстояние. От гостиницы на углу Пятой авеню и Двадцать третьей улицы через Вашингтон-сквер до Бликер-стрит. Было уже поздно, за полночь. Наконец почувствовав усталость, Ник решил выйти на Бродвей и поискать кеб.

Сомс Собирался перейти Бликер-стрит и вдруг увидел их. Двух мужчин. Они шли рядом. Не держась за руки, не прикасаясь друг к другу, но все и так было ясно. По тому, как один наклонялся к другому.

По общему смеху. Это было знакомо.

Один из них открыл дверь салуна, пропустил другого, и пара исчезла. Ник стоял неподвижно, как фонарный столб. В салун прошли еще двое. А потом один. За ним сразу четверо. Когда Ник набрался смелости перейти улицу, он увидел рядом с дверью табличку с надписью «САЛАЗКИ». Перед ним мелькнула чья-то рука и легла на дверную ручку.

— Войдете? — спросил обладатель руки, оказавшийся кудрявым блондином.