Чайная роза

Пальцы не слушались; понадобилось несколько раз чиркнуть спичкой о коробок, прежде чем та вспыхнула. Слабый свет осветил маленькую комнату, которая днем служила гостиной, а ночью — спальней для нее самой, Чарли и Сими. Фиона отодвинула самодельную занавеску, отделявшую ее от братьев, и пошла на кухню.

Скрипнули петли задней калитки, после чего Фиона услышала гордый финал:

— Па! — прошипела она, выйдя на темный двор. — Не шуми, иначе ты разбудишь весь дом! Входи скорей!

— Прочь, негодяи! — проревел Падди.

— Па! Тише! — Фиона вернулась на кухню, поставила на стол лампу, наполнила чайник и разгребла угли, тлевшие под каминной решеткой.

Падди вошел на кухню и смущенно улыбнулся.

— Похоже, я слегка перебрал, Фи.

— Вижу. Проходи и садись. Я поставила чайник. Может быть, хочешь тост? Тебе нужно чем-нибудь набить живот.

Падди сел у камина, вытянул ноги и закрыл глаза.

Фиона достала из буфета буханку, отрезала толстый ломоть и нацепила его на вилку с длинной ручкой.

— Держи, па, — сказала она, толкнув задремавшего отца.

 — Только не урони тост в огонь.

Вода закипела. Фиона заварила чай, взяла стул и принесла его к камину. Отец с дочерью по-дружески сидели у огня и молчали. Фиона грела ноги, а Падди жарил тост на угольях.

Фиона искоса смотрела на отца и улыбалась. Если бы мать и Родди не спали, она не стала бы затыкать ему рот. Ей нравилось, когда отец пел. Его голос был одним из ее самых ранних воспоминаний. Именно отец, а не мать пела ей колыбельные. Падди пел по пути с работы и из пивной; его голос был слышен с улицы.

Если по вечерам отец был дома, чинил обувь или вырезал игрушки для Сими, то неизменно пел на кухне. Сколько раз она засыпала по вечерам, завернувшись в одеяло и прислушиваясь к этому голосу? Не сосчитать.

— Ну что, детка? — спросил Падди с полным ртом. — Рассказать тебе новости?

— Думаешь, я — все та же старая речная крыса, с которой ты по вечерам пьешь чай?

— Нет? А с кем же я теперь пью чай?

— С новым председателем ассоциации рабочих Уоппинга.

Фиона широко раскрыла глаза:

— Когда это случилось?

Падди вытер рот тыльной стороной руки:

— Сегодня вечером. В пивной. Перед собранием я немного поговорил с Беном Тиллетом. Точнее, тогда я еще не знал, что это Тиллет, но, должно быть, ему понравились мои слова, потому что он предложил мне возглавить местное отделение тред-юниона.

У Фионы засияли глаза.

— Вот здорово! Значит, мой па стал начальством? Я горжусь тобой! — Она захихикала.