Час бультерьера

– Михалыч, Васька, вы где? – спросила рация и сообщила: – Малой в участок прибег, на улице Ермака, говорит, стрельбу слыхали... Михалыч, Васька, прием, вашу маму!..

Я привстал, дотянулся до тумблера рации, выключил приемно-передающее устройство – оно чуть было не сделало меня заикой. Отобрал у мальчишки свой рюкзак, засунул под брезент свою умелую руку, зачерпнул охапку денежных упаковок, что валялись на донышке рядом с упаковками кокаина. Вытянул энное количество упаковок с баксами и запихал деньги за пазуху мальчишке.

Снова пошарил в рюкзаке, выудил еще охапку, высыпал под ноги рулевого сержанта и вылез из автомобиля.

Я было собрался швырнуть цыганам оставшиеся пакетики с кокаином, но услыхал цыганский говор за высокой кирпичной стеной, закинул рюкзак за спину и потрусил во тьму дикорастущих яблонь, поторопился скрыться, затеряться среди деревьев. Метров пятьдесят я бежал, мелко перебирая ногами, дальше двинулся шагом.

Иду, хромаю, разгребаю сапогами влажную прошлогоднюю траву, хлюпаю по лужам, утопаю по щиколотку в грязи, кланяюсь каждой ветке и представляю, как отходят от моего наркоза господа сержанты, как они кашляют хрипло, мнут шеи, ойкают от боли в затылках, как обнаруживают банковские упаковки валюты.

Много, до фига упаковок, целое состояние для таежного захолустья. Поменьше, конечно, чем у мужиков-наркокурьеров в банках накопилось, и все же капитал. Даже крышуя цыган, господам сержантам скопить этакий капитал ну никак не светит. Вне всяких сомнений – о моем щедром подарке сержантам местное милицейское начальство до поры не узнает. До поры! Шило в мешке утаить и то проблема, а попробуйте утаить манну небесную, ценный дар лукавого драчуна в капитанских погонах. Конечно, сержанты придумают побасенку, объясняющую их разбитые затылки, и обо мне умолчат. Конечно, дадут друг другу слово, мол, баксы сразу не тратим и т.д. и т.п. Но роль подпольного миллионера Корейко требует слишком много жертв, а соблазн побаловать себя тратами, ох, как велик! Или бдительные сослуживцы, или склочные соседи, кто-то обязательно заметит, что скромные сержанты вдруг крупно приподнялись на бабки. Поползут слухи, доползут до майоров и подполковников, сержантов припрут к стенке, как они меня приперли к краснокирпичной стене бампером «мусоровоза». Даже если они честно про меня настучат, кто поверит в сказку про драчуна-дарителя?..

Хромать все труднее и тяжелее. Все реже шуршит под ногами прошлогодняя трава, все чаще и глубже попадаются лужи.