Час бультерьера

Доводилось, и часто, Семен Андреичу наблюдать плачевные последствия подобных пинков, и кабы не сформированный годами упорных тренировок мышечный корсет ниндзя, то схватка однозначно завершилась бы в тот же фатальный миг чистой победой одержимого ассасина.

Мышечный корсет спас, и все же в желудке вспыхнула пожаром жгучая боль, напрочь опровергая утверждение, мол, боль в бою ни фига не чувствуется, дескать, она, боль, ощущается только после схватки. Лишившиеся опоры ноги сработали почти рефлекторно: правая сбила атакующее колено, а левая, хромая нога автоматически выполнила мах и задела-таки на взлете челюсть «одержимого».

Лязгнули, ломаясь, сокрушенные ногою Ступина зубы, захват ослаб, ниндзя вырвал руку из тисков вражеских пальцев. Нокдаун еще не нокаут, но тоже неплохо: в голове мутно, перед глазами мерцание, и жизненно необходим хотя бы десяток секунд, чтобы восстановиться.

Маджнун отскочил на безопасное расстояние от хромоногого Мастера, тряхнул головой, сдернул капюшон со вспотевшей головы, сплюнул крошево зубов и розовую слюну, утерся серым рукавом, втянул воздух ноздрями, резко и порывисто, медленно выдохнул.

Ступин стоял пошатываясь, скособоченный гораздо больше обычного, глотал воздух мелкими порциями и массировал культей травмированный вражьим коленом бок.

– Неужели и ребрышки целы? – выдавил из себя «одержимый» не без усилий и все же сумел задать вопрос с ехидцей и даже и усмешкой на разбитых губах.

– А ты почему не шепелявишь? – ответил на ехидный вопрос ироничным вопросом Ступин.

– Кое-чего во рту осталось. Мне хватит и одного клыка, чтобы глотку тебе перегрызть.

– Фу! Размечтался. Ни в жисть не позволю, чтоб ты меня обслюнявил.

– Тогда, может, в футбол сыграем? Вместо мячика – голова противника.

– А ты, дружок, затейник. Хочешь проверить, как у меня с техникой «летающей стопы», да?

– Снова у тебя ошибка в окончаниях: «летающих стоп»!.

– Кстати, для справки – хавальник я тебе разворотил как раз хромой ходулей.

Где-то внизу, на территории, прилегающей к зданию центра, грохнул выстрел, раздался душераздирающий крик, и хлопнула граната.

– У ваших опять проблемы, – прокомментировал какофонию маджнун.

– Зато у большинства ваших – уже никаких, – усмехнулся Ступин.