Часы, идущие назад

А я вам такой повод для ареста создал! А вы… вы его не посадили. И я подумал, что вам мало доказательств. Нужны еще. Я видел: вы увязаете во всей этой оккультной здешней хрени, как в болоте, все глубже и глубже. Я хотел, чтобы вы подобрались к Казанскому! И у меня снова не было выбора: Макар – он был идеальной кандидатурой на следующую жертву!

– Потому что тоже родился в Горьевске? – спросила Катя.

Вакулин обернулся к ней, на его грязном избитом лице отразилось недоумение.

– Потому что он был ее племянник! Племянник Марии… Она же… она так много знает о всей этой здешней оккультной белиберде, о Казанском, о его семейке, о его воспитании, его сумасшедшей бабке и чокнутой мамаше, которые клялись и божились, что они потомки Шубниковых и Бахметьевых.

Я ожидал, что смерть Макара заставит Молотову развязать язык и порассказать вам все, все о нем! Я ждал, что она утопит его, что вы окончательно уверитесь в его виновности и посадите его! Но она… как нарочно… она была не в себе! Она вдруг ни с того ни с сего ополчилась на судью и помчалась к вам обвинять в убийствах его, а не Казанского! И я решил, что все пропало, что я проиграл. Но тут вы Казанского арестовали! И на этом все бы закончилось. Но вдруг вмешалась эта пьянь подзаборная! Маргоша! Оравшая на весь город про доказательство его полной невиновности!

– Как дом из песка, – сказал Гущин. – Вы все строили, строили, а он рассыпался в прах. И вы все убивали, Вакулин, убивали. Не проще ли было пойти к Казанскому и прикончить его одного – раз вы так его ненавидите?

– А вы бы сразу пришили мне убийство из мести, потому что весь город знает, что это он, Казанский, меня разорил, отнял у меня фабрику и башню.

– И часы? – спросил Гущин.

Но в это время к дому подрулила машина с оперативниками и патрульными, воя оглушительной сиреной. А за ней – еще одна.

Темный палисадник сразу наполнился сотрудниками полиции. И Гущин прервал свой допрос.

Оперативники окружили Вакулина и повели к патрульному «Форду».

– Ох, да у него вся куртка спереди в крови! – тревожно воскликнул один из них.

 – Вы ранены?

Гущин выхватил у Кати фонарь, осветил Вакулина с ног до головы.

Он направил свет на капитана Первоцветова, привалившегося к капоту внедорожника. И в желтом луче они увидели, что его черная толстовка вся раскромсана, а под ней…

– Парень, ты что это? – Гущин как на крыльях подлетел к нему. – Ты чего? Ох, крови-то сколько… Да ты что молчишь?

– Нормально все. Это порезы.