Неужели ради этого старик проделал такой путь?
– С какой стати мне вообще платить вам? – спросил он, усмехнувшись. Этот тип ему не соперник. – Дочь не жила с вами, не выполняла домашнюю работу. Хотите начистоту? Я думаю, что теперь, когда она замужем, вам больше не нужно нести расходы за ее содержание.
– Чепуха! – взревел Брэйден. – Она моя дочь. Я ничего не получил в первый раз, когда она вышла за этого чертова викария. Дочери, от них вообще один убыток, ну разве что она выскочит за богатенького… На сей раз девочка не сглупила.
И я получу с вас тысячу фунтов!
– Нет. – Маркус едва сдержал улыбку, видя, как ощетинился папаша.
– Я знаю свои права!
– Права? – Герцог встал и перегнулся через стол, желая, чтобы его слова прозвучали как можно внушительнее. – Брачный договор составляется по взаимному соглашению до свадьбы. А после того как свадьба состоялась, ваша дочь принадлежит мне. Любые права, которые вы могли бы заявить на нее, в день свадьбы теряют силу. Любая попытка докучать моей жене будет иметь для вас плачевные последствия.
– Он умолк, чтобы сказанное дошло до Брэйдена. – Я не вижу оснований дарить вам тысячу фунтов сейчас, если вы не побеспокоились об этом раньше.
– Но вы-то, черт возьми, и не заикнулись, что вы чертов герцог! – заорал Брэйден, сжимая ручищи в кулаки.
Улыбка Маркуса была подобна лезвию ножа.
– Какая беспечность! – Он позвонил в колокольчик.
Папаша скрипнул зубами.
– Надутый аристократишка! – с горечью воскликнул он. – Вы увозите мою дочь из дому и забываете о долге перед ее семьей!
В кабинет важно вплыл дворецкий.
– Харпер, покажите мистеру Брэйдену, где у нас выход. – Маркус занялся лежащими на столе бумагами.
Фермер едва не зарычал от злости. Харпер терпеливо стоял в дверях.
– Я должен увидеться с моей девочкой. Уж она поступит со мной по справедливости!
– Харпер, выведите мистера Брэйдена вон, – повторил герцог, делая ударение на последнем слове. – Доброго дня, сэр.
Бросив на Эксетера злобный взгляд, фермер удалился.
Маркус долго смотрел на лежащие перед ним бумаги. Потом налил еще кофе из серебряного кофейника и не спеша выпил. Затем повернулся в кресле и уставился в окно. Нахмурился: оконная задвижка, которой надлежало быть закрытой, почему-то была открыта. Герцог встал и исправил оплошность. Снова занялся бумагами. И снова позвонил в колокольчик.
Явился Харпер.
– Где герцогиня?
Маркус не представил Ханну прислуге в качестве своей супруги.
