Чехов. Книга 10. Грехи отцов

— Батюшка не предупредил вас об особенностях этого мероприятия? Не сказал, что тут натурально сводничают? — негромко уточнил я, когда мы направились по дорожке прочь.

— Он намекнул, что скучно не будет, — ответил Пожарский. — Вы же знаете моего отца. Он решил, что мне не помешает встряска, и я уже всерьез подумываю, что вступить в ряды гвардейцев будет лучше, чем оставаться в студентах.

— Не спешите с гвардией, — усмехнулся я. — Если вам «повезет» попасть под командование моего отца, то вы можете пожалеть о своем решении.

— Значит, правду говорят, что Филипп Петрович пошел на повышение?

Мы уже отошли подальше от собравшихся охотниц за титулованным женихом, и он сразу почувствовал себя гораздо свободнее.

— Все верно.

— Значит, и вы измените выбранный курс и бросите адвокатскую практику? Чтобы занять место, подходящее статусу…

— Моя семья позволяет мне самому выбирать свой путь. Мне нравится защищать людей. Если получится, я продолжу работать в адвокатуре. Но вы наверное слышали, что сейчас идет разбирательство относительно моего проступка.

Быть может, я потеряю возможность работать в этом направлении.

— Бросьте, Павел Филиппович! — отмахнулся Пожарский. — Вы ведь и сами понимаете, что никто не посмеет выгнать вас из адвокатуры.

И хоть я считал, что мне действительно ничего не грозит, но стало любопытно, отчего так думает Юрий Афанасьевич.

— С чего вы так решили? — спросил я.

— Кровь — не вода, — ответил он совершенно спокойно. — Да и ваш дар — гарантия того, что с вами никто не захочет ссориться.

— Вам это не мешало, — напомнил я.

— Был мал и глуп, — не стал юлить парень. — Был бы немного умнее, то не связался с Мининым и его компанией… Вы знаете, что после ссылки Мининых на дальнюю границу, его друзьям пришлось несладко? Почти все оказались призваны на службу и отправлены в закрытые гарнизоны. Мне чудом удалось избежать этой участи.

— Вы про острог говорите, как о чуде? — осторожно осведомилась Арина.

— Странно слышать такое, — согласился парень. — Я бы и сам раньше удивился подобной формулировке.

Но поверьте: те места, где оказались мои бывшие приятели, куда хуже острога. И там нет мастера Павла Филипповича Чехова, который смог бы вытащить их из застенков. Про самого Минина и говорить не стоит — даже его невеста, которой был очень нужен титул, объявила о разрыве помолвки. Значит, она уверена, что жених пропал окончательно и уже не вернется…

Мы обменялись с Нечаевой быстрыми взглядами и сделали вид, что ничего не знаем о судьбе Минина.