Хотя думать-то было не о чем — единственное, что Вильям мог продать, чтобы отдать долг — это незаконченный дом. Может, ему продать только верхний этаж? Альберту до этого нет никакого дела, ему нужны деньги, потому что на книжке осталось рублей двести, с которыми Минга разделается быстро. Она привыкла к тому, что у Альберта деньги водятся всегда, поэтому тратила их, не считая. А напоминать ей о бережливости абсолютно бесполезно. На какое время ей хватит пяти тысяч? На год? Но все-таки это будет интересный год.
А потом? Сбежит? Может быть. И все же не деньги привязывают Мингу ко мне, с воодушевлением думал Альберт, и в значительной мере он был прав. С самим Альбертом вряд ли ей трудно было бы расстаться, но с атмосферой, которую она сама создала, со званием хозяйки дома, с тем Альбертом, который своими седыми висками придавал этой атмосфере пикантность и уравновешенность — со всем этим в целом ей расстаться было бы трудно, без всего этого она почувствовала бы себя голой и замерзшей.
Вильям понимал, что деньги Цауне отдать надо, понимал, что добыть их можно, только продав дом, и все-таки медлил, ожидая чуда. Этот дом означал для него гораздо больше, чем думал Альберт, в воображении Вильяма этот дом уже давно был готовым дворцом, куда он приведет Беату. Дворец, в который вернется к нему Беата. Сюда она придет, даже если и не очень будет этого хотеть сама, но придет потому, что первым сюда придет сын. А мальчик придет — это он знал твердо. Мальчишка уже сейчас стремится к большей свободе, через год это стремление удвоится.
У матери он спит на диванчике в проходной комнате, а у Вильяма он получит две комнаты с отдельным входом, и сможет возвращаться домой хоть поздно вечером, хоть рано утром. Через год у него уже будет подружка, некоторые уже в семнадцать лет женятся. Но Беата мальчика одного не оставит. И правильно сделает. Когда вся семья снова будет вместе, появится возможность немного ограничить свободу сына — это ему не повредит.
Но если придется продать дом, то все это останется лишь мечтой.
За эти два дня, которые он выпросил у Цауны на размышление, Вильям перебрал в уме разные планы. Можно построить теплицу и зарабатывать на продаже зеленого лука или разводить нутрий — планов было много, только на их осуществление ушло бы несколько лет, а Цауне деньги нужны были немедленно.
Вильям боялся себе даже признаться, но мысли о деньгах всегда приводили к мысли о возобновлении предприятия.
