Человек с топором

Он вздрогнул, опомнился, сказал торопливо:

– Взгляни… Взгляни на меня. Я, по-твоему, не изменился?

Мрак демонстративно оглядел Олега с головы до ног с таким видом, словно покупал его на невольничьем рынке, только что мускулы не пощупал и в рот не заглянул, пересчитывая зубы.

– Все та же рожа.

– А ты посмотри лучше, – посоветовал Олег.

Мрак посмотрел. Снова во всех оптических диапазонах, от ультрафиолета до самых дальних инфракрасных, пытался заглянуть с помощью эхолокатора, радиолучей, жесткого гамма-излучения, но все увязало, как и раньше.

– Здорово, – сказал он наконец. – Но это я уже заметил… Это что же, никаким рентгеном тебя не просветить?

– Что такое рентген? – сказал Олег с пренебрежением. – Понимаешь, у меня ядерная кожа. Ядерная! То есть из одних ядер. Плотность у нее… ну, зато я сделал ее тонкой. В меня можно стрелять из танкового орудия, вообще любого оружия. Думаю, что даже взрыв атомной бомбы мне не повредит, хотя пробовать я бы не стал…

– Таких шкур не бывает, – заявил Мрак уверенно.

– Заткнись, – посоветовал Олег. – При чем тут молибден?

– А из чего твоя шкура?

– Из меня, – ответил Олег. – Не понял? Из меня. Моя шкура в сто тысяч раз тоньше папиросной бумаги, а та давно уже эквивалент сверхтонкости, но зато моя шкура в три миллиарда раз прочнее самой прочной легированной стали. Даже твоей хваленой молибденовой!

Мрак вытаращил глаза. Олег ответил негодующим взглядом, с легкостью прошелся по веранде, даже зачем-то потопал ногой, но это для Мрака зачем-то, а он помнит, как страшился сначала, казалось, что из-за такой кожи будет весить как египетская пирамида или хотя бы как многотонный тягач, ведь шкура, верно, тяжелее стали в сто миллионов раз, но зато прочнее в три миллиарда, а это значит, что вот теперь он действительно тонкокожий…

– Бомба тебя не возьмет, – повторил Мрак машинально, – а как насчет химии? Как у нас говорят, Большой Химии? Если тебя на годик посадить в эту Большую Химию… я имею в виду, в озеро азотной кислоты… то как?

– А никак, – ответил Олег равнодушно, но Мрак уловил просто сатанинскую гордость, что перла во все щели.

– Почему?

– В моей шкуре, – ответил он наставительно, – просто нет атомов. А значит, нет электронов, чтобы вступать в химические реакции. Ядерная шкура, Мрак. В самом деле, ядерная.

– Да это я так, – признался Мрак.