Человек с топором

На поверхности Солнца, что выглядит как идеально круглый желтый шар, начал подниматься крупный гнойный нарыв, на глазах вырастал, налился оранжевым огнем, потом стал почти белым, слепяще-белым. Его раздувало, как будто изнутри накачивали воздухом. От него исходила такая угроза, что Мрак едва не поддался здоровым мужским инстинктам и не дал деру.

– Вот-вот, – сказал Олег рассудительно. – Какая гадость… А там, на Земле, начнутся сердечные припадки, выйдет из строя треть компов и мобильников.

Мрак пересилил себя, заставил произнести как можно небрежнее:

– Бесчувственный ты.

– Да кто это видит?

– А северные сияния откуда? – возразил Мрак.

Нарыв поднялся выше, лопнул. Наверх с огромной силой и скоростью устремилась струйка раскаленной плазмы. Она выглядела совсем крохотной, но Мрак отчетливо понимал, что в этом протуберанце вся Земля спряталась бы, как жук под лопухом.

Узкая огненная стрела поднималась от поверхности абсолютно прямо. Мрак почти чувствовал, как сверхмощное гравитационное поле пыталось удержать беглеца, но тщетно, и тогда удалось загнуть самый кончик, а еще чуть спустя протуберанец начал толстеть, терять структуру, загибаться, и Мрак уже представил, как он загнется в виде чудовищной петли, через которую проскочили бы все планеты, за исключением Юпитера, разве что.

– Не сумел, – сказал он с сожалением.

– Слава богу, – сказал Олег сердито. – Ты представляешь, если бы он поднялся еще на два своих роста?

– Нет.

– Земля трижды бы поменяла ось, это во-первых. Материки бы сползли к полюсу, а великое оледенение наступило бы в течение недели.

– Этого мы не допустим, – ответил Мрак гордо. – Видишь, уже загнулси.

Они облетели этот ужас под названием Солнце еще на половину диаметра. Мрак ахнул, впереди еще один протуберанец, но этот все же ухитрился как-то оторваться от поверхности, тяжело поднимается… нет, уже не поднимается, гравитация колоссальной массы Солнца удержала, протуберанец смог только перейти на что-то вроде орбиты, теперь плывет над поверхностью, постепенно теряя ослепляюще белый цвет, переходя в оранжевый, потом в желтый…

Мрак предусмотрительно взял в сторону.