Черная книжка

Эми положила мне голову между лопаток. Я спиной почувствовал, как сильно бьется ее сердце. Я полностью закрывал ее своим телом и держал обеими руками.

— Я так сильно тебя люблю, — прошептала она. Она впервые сказала мне заветные слова.

Отец подошел к мертвой Кейт и забрал ее пистолет.

Затем приблизился к кровати, держа наготове пистолет Кейт. Гоулди встал рядом с моим пистолетом в руке.

Гоулди уже изложил мне свой план — версию о трагическом конфликте на почве ревности. Я осознал, что план все еще в действии: Кейт якобы ворвалась в приступе ревности и началась стрельба.

При этом моему отцу, раз уж он схватил пистолет Кейт, придется в меня выстрелить. Именно ему, а не Гоулди, который держит в руке мой пистолет. Версия вряд ли будет убедительной, если я окажусь убитым из собственного оружия.

Одной рукой я дотянулся до смартфона и прикоснулся к нему. Отец перевел взгляд на гаджет.

— Смартфон, — произнес отец. Не мне, а Гоулди. Напомнил, что придется с этой техникой разделаться: забрать его отсюда или разбить на мелкие кусочки.

— Отодвинься от женщины, — приказал отец. — Мне совсем не нужно, чтобы вы оба, сынок.

— Нет, — повторил я.

— О господи, Билли! Она для тебя так много значит? Так много, что ты горишь желанием умереть вместе с ней?

Я посмотрел отцу прямо в зрачки. Знал ли он когда-нибудь, что такое любовь? Любовь, выходящая за пределы обожания себя самого и гордости за свои достижения? У меня не было ответа на этот вопрос. Я надеялся, что он испытывал любовь — что он любил мою маму.

Но наверняка я не знал. Что я сейчас знал наверняка — так это то, что нашел в своей жизни Эми и не смогу от себя отпустить. Я не сумею жить без нее.

— Ты всегда был мягкосердечным, — поморщился отец. — Никогда этого не понимал.

Эми резко переместилась в сторону и отделилась от меня. Я поспешно схватил ее за руку, пытаясь остановить, но не успел. Она сделала то, чего они хотели, — дала им возможность убить ее и оставить в живых меня.

Мы посмотрели друг другу в глаза. Это длилось не дольше одного мгновения — часы, наверное, успели тикнуть лишь один раз, — но мне показалось, что прошла целая вечность. В ее глазах я увидел большую самоотверженность. И огромную любовь.

— Снимите кофточку, Эми, — попросил Гоулди.

Она повиновалась. Это сделает их версию более правдоподобной: мы с Эми якобы находились в постели и забавлялись друг с другом, когда в квартиру ворвалась Кейт.