Вот только полуголодное детство нет-нет проскальзывало в её взгляде на еду и закуски перед ней. Киру, как дорогую породистую собаку с аллергией, кормили отдельно от других домочадцев, в этом постаралась её мачеха. Уже в десять лет, по рассказам одной из служанок, было понятно, что девочка вырастет красавицей, как и её мать, которую в доме называли всеми возможными эпитетами шлюхи.
Мачеха из злости и ревности прививала ей всевозможные комплексы, связанные с внешностью, она была то слишком толстая, то слишком худая.
Потом просто слишком толстая, ей не давали сахар и сладкое, держали на строгой диете. Её еда всегда была безвкусной, несолёной, нежирной и ещё куча «не». Пока её папаша отъедал подбородок за подбородком, утопая в деликатесах свиным рылом, его дочка в соседней комнате жила впроголодь.
Кира держалась изо всех сил, чтобы не наброситься на всё съедобное, что видела перед собой, она пробовала всё по чуть чуть и оставляла в тарелке, которую услужливые официанты тут же заменяли на чистую.
Она знала, что её отношения с едой очень сложны и запутаны, поэтому придерживалась правила умеренности, чтобы не сорваться в пропасть обжорства.
- Попробуй, очень вкусно. - раздался голос Севера у неё под ухом.
Она повернулась к своему мужу, он поднёс к её губам маленький бутербродик с нежнейшим паштетом непонятно из чего. Кира послушно открыла рот и приняла лакомство из рук мужа.
- Нравится? - слегка улыбнулся он.
- Да. Что это?
- Я не знаю, но вкусно. Ещё?
- Да.
Север чувствовал, как эта милая сцена приковала внимание сидящих за столами гостей.
«Пусть смотрят, жрут и пьют, а потом трахаются друг с другом и все вместе, ни хрена больше они не умеют...» - подумал муж.
«Хоть бы все сдохли кругом, а мы вдвоём остались. У нас дела есть.» - подумала жена.
- Акулу, блять, с руки кормит, как бы руку не откусила. - тихо хохотнул Игорь Гаврилов, партнёр Морозова по строительству нового завода.
- Как бы член ему не откусила. - проворковала брюнетка рядом, отпивая из бокала.
- А тебе, сука, какое дело до его члена? - грозно спросил у неё даже не муж.
- Никакого, мне есть дело только до твоего. - сильно сжала элитная эскортница вялый стручок под столом.
Время от времени кто-то говорил тост, ничего не значащие слова лились потоком слов через микрофоны сквозь колонки, расставленные по периметру зала для торжеств. Круглые столы с белыми скатертями, много живых цветов, ледяные статуи, фонтаны с шампанским и шоколадом.
