— Как там это у тебя было во сне, Габриэл? «Найдите сначала второй! Это важно, важно. Сначала второй!» Так это было?
— Да, — кивнул Габриэл. — Но под «вторым» может быть все что угодно. Давай все-таки попробуем?
— Да, думаю, что так и нужно сделать, — серьезно ответил Натаниель. — Даже если нам и придется повернуть обратно — теперь, когда мы почти у цели.
— Возможно, Тенгель Злой где-то прячет ключ от своего тайника, — сказал Марко. — Кто говорил тебе эти слова во сне, Габриэл? О цепях из живых мертвецов и о том «втором», до которого нужно добраться в первую очередь.
— Я не знаю, Марко. Не знаю.
— Понимаю. Натаниель, достань-ка дневник Силье!
— Я как раз сам подумал об этом, — ответил Натаниель и тут же достал из своего рюкзака старинный дневник.
— Вот карта долины Людей Льда, — сказал он, и все наклонились над раскрытой книгой.
— Сейчас мы находимся вот здесь… А где Суннива-старшая видела второй тайник?
Марко показал на отмеченное на карте место.
— Вот здесь.
Все прикинули на глазок расстояние до гряды гор.
Дело шло к вечеру, становилось холодно, долина погружалась в сумрак.
«Как много дней уже прошло… — подумал Габриэл. — Как давно мы покинули дом! Я уже сбился со счета…»
— Пошли, — перебил его мысли Натаниель. — Нам нужно найти это место.
Габриэл кивнул. Все склонялись теперь к мысли о том, что «вторым, важным», до которого следовало добраться в первую очередь, было как раз второе потайное место Тенгеля Злого, находящееся на одной из горных вершин.
Они должны найти это место! Они не имеют права терять время на заведомо неудачные эксперименты.
И не мешкая, они отправились в путь, к видневшейся вдали горной гряде.
— Знаете, — тихо сказала Тува. — У меня такое чувство, будто за нами с надеждой наблюдают тысячи глаз!
— Ты имеешь в виду животных? — так же тихо спросил Марко.
— Да. Мы не видим их. Возможно, я все это придумала, ведь они не могут находится в этой отравленной долине. Тем не менее, у меня такое ощущение, будто множество испуганных глаз смотрит на нас.
Это глаза лис, оленей, зайцев, росомах… птиц, сидящих на уступах скал, — орлов, сарычей, куропаток…
— Я понимаю, что ты имеешь в виду. Кроме горных сарычей здесь нет никого живого. Но если бы животные могли сейчас видеть нас, они не спускали бы с нас глаз.
— Вот именно.
Стараясь не отставать от остальных на каменистом склоне, Габриэл прошептал:
— Те, что были там… их уже нет.
Тува бросила взгляд на заснеженный склон.
Габриэл был прав.
