На одних лицах было написано замешательство, смешанное со страхом, на других (их было большинство) — какое-то жуткое возбуждение, совершенно непонятное вновь прибывшим.
Что касается Тувы, то она вообще не стала смотреть на них, ее интересовал только Ян.
А он защищался умело. Он размахивал звенящим в воздухе мечом, и враги не осмеливались приближаться к нему. Повсюду валялись раненые болотные жители, и все они жалобно стонали, потому что меч который он держал в руке, разил без промаха.
— Он смертельно устал, — сказал Марко.
— Мы должны помочь ему.
Но Натаниель реагировал совсем не так, как можно было ожидать.
— Нет! — удрученно произнес он, и это прозвучало не как ответ на слова Марко, а как ответ на свои собственные мысли. — Нет, не нужно никакого сражения! Я этого не хочу! «Врата мира…» Стражи призрачных верст сказали: «Люди считают, что никакой мир не может быть завоеван без меча или какого-то другого оружия». Но это неправда! Я не желаю участвовать в этом! Ян поступил так, как ему и следовало поступить.
Но у меня есть другие ресурсы. Стойте за моей спиной, я сам займусь этим!
Как только объятая голубым светом фигура ступила на землю и приблизилась к сражающимся, крики затихли и схватка прекратилась. Ян с великим облегчением вздохнул, тогда как болотные жители — и мужчины, и женщины в страхе отступили назад. Они увидели на его голове корону Избранного.
Натаниель сделал знак своим друзьям, чтобы те занялись Яном."
"Марко и Табрис тут же подбежали к нему и оттащили его в сторону, и все четверо, включая Туву и Габриэла, занялись его ранами.
И тут они услышали голос Натаниеля, столь же громогласный, как и голос его прародителей, демонов бури:
— Слушайте меня, создания, жившие до появления на земле людей! Вы вмешались в борьбу, которая может привести вас к гибели. Я в силах разрушить ваше последнее пристанище на земле, но я не желаю вам зла. Ступайте отсюда, пока еще есть время!
Они стояли, отвернувшись от него, спрятав лица, словно боялись чего-то.
Тува была в недоумении. Может быть, они испугались знаков, начертанных на его теле? Но Натаниель заговорил дальше, и она все поняла.
— Известно ли вам, жители тьмы, кому вы стали поперек дороги? — гремел его голос.
В толпе болотных жителей послышались вздохи сожаления.
— Я вижу, вы все поняли. Кто является праматерью всех призраков и привидений? Кто является вашей праматерью, болотные жители?
Те стояли, всхлипывая.
— Верно, это Лилит, — продолжал Натаниель.
