— Это совсем другое, Егор! Ну, ты что! На самом деле, ты не представляешь, насколько это трудно!
— Что? Полюбить себя трудно? Это точно. Надо же не как попало, надо качественно полюбить, правда? Идея сногсшибательная. Думаю, попав в благодатную почву, она взойдёт и расцветёт. Что самое смешное, человеку, который в принципе только себя и любит, по большому счёту, и которому нужно всю жизнь бороться с собой, чтобы полюбить хотя бы самых ближних, а не себя, говорят, мол твоя беда, что ты себя не любишь. Это главное.
Займись главным. И вот, он всё бросает и начинает любить себя изо всех сил. Представляю, во что это выльется лет через сорок. Общество самовлюблённых людей, которым на остальных просто наплевать. Как её зовут, Сатир? Надо поехать в Америку и зарубить ледорубом.
— Ты, Егор, как дед старый рассуждаешь, — качает головой Наташка. — Я попрошу Маришку и она тебе всё как следует объяснит.
— Маришка? Вот откуда ветер дует… Её, значит, тоже ледорубом, тем более и в Америку ехать не придётся.
— Не дует, просто она очень развитая, образованная, независимая и свободная.
— Понятно… Хорошо, что ты не такая. На ней бы я точно никогда не женился, даже если бы мне тысячу баранов давали.
— Ну, Егор…
Знакомство с преподом оставляет очень хорошее впечатление. Интеллигентный, умный, образованный человек, знающий кучу акцентов, говоров и каких-то там диалектов. Учит нелегалов, чтобы они не спалились на заданиях.
— Заниматься придётся много, — обнадёживает он. — Если вы, конечно, хотите хороший результат получить.
— Хотим, конечно, как не хотеть.
Когда возвращаемся домой, звонит Ферик и просит заехать в казино.
— Ты же Женю Старого из Сочей знаешь? Ты с ним в Геленджике встречался несколько раз.
— Да, знаю, — подтверждаю я, припоминая Старичка-Лесовичка из Гелика. — Что с ним?
— Он просит, чтобы ты с ним встретился.
— Он действительно просит, или вы так передаёте? — с подозрением спрашиваю я.
— Просит, Егор, просит. Он здесь сейчас. Можешь полчасика уделить? Он нормальный… ну, сам знаешь кто…
Вор, ясно кто.
— Хорошо, Фархад Шарафович, ради вас я с кем угодно встречусь, — отвечаю я.
— Спасибо, дорогой. Сможешь сегодня подъехать?
— В течение получаса буду.
— Отлично, я скажу, чтобы он никуда не уходил.
Мы подъезжаем к гостинице и паркуемся на площадке для «членовозов». Выходим из машины и идём к крыльцу. За нами раздаются торопливые шаги. Пацаны резко оборачиваются и тянутся к оружию.
