Опускаю руку в карман в поисках мелочи. Блин… В плаще осталась. Твою дивизию… Ладно, решаю попробовать.
Захожу в будку и набираю номер Злобина. Он снимает трубку, раздаётся щелчок и наступает тишина. В этот момент в аппарат должна провалиться двушка, но её нет и провалиться нечему. Приходится применять ненадёжный, но иногда срабатывающий приём. Я со всей силы бью нижней частью кулака по аппарату сбоку. Как молотом.
Внутри что-то брякает и в окошко для возврата ссыпается несколько монет. Отлично! Фарт на моей стороне.
Снова звоню Злобину.
— Да! — недовольно бросает он.
— Леонид Юрьевич, это я.
— Егор?! — после паузы восклицает Де Ниро. — Это как? Мне сказали, тебя к операции готовят. Я ехать собираюсь…
— Не надо ехать. Ошиблись. Я вам чуть позже всё расскажу, но это проделки Поварёнка.
— Чего?! И авария тоже?
— Да, и авария. Я звоню из автомата, мне нужно скорее отсюда линять, поэтому все подробности позже. Надо за Поварёнком проследить. Он тут поспит немного вместо меня, а потом, когда проснётся, первым делом помчится проверять свой тайник.
Я так думаю. Пошлите кого-нибудь, пожалуйста, проследить. Но только он не простак, сами понимаете, нужны спецы экстра класса. И, если можно, домой мне позвоните, скажите, что я скоро приеду.
Поговорив, я выхожу из телефонной будки и бодро шагаю слева вдоль дороги, пытаясь смешаться с прохожими, спешащими на остановку. Немного выделяюсь из толпы тем, что одет не по сезону, но никто особенно внимания не обращает."
"Шагаю, шагаю, шагаю, на дорогу не смотрю да и вообще отворачиваюсь, проходя узкое место.
Здесь раскопан тротуар и обходить приходится по обочине. Слышу, как резко тормозит машина, проезжая навстречу. Блин… Мы тут проходим цепью, один за другим и отлично просматриваемся с дороги.
— Егор!
Я резко оборачиваюсь на знакомый голос. Наташка с огромными глазами стоит рядом с машиной и смотрит на меня. Рядом с ней Вова. Подбегаю к ним:
— Быстро в машину!
Мы забираемся внутрь.
— Ты цел?! — спрашивает Наташка, осматривая меня с ног до головы.
— Это правда ты?! Я звонила в больницу, сказали тебя и Алексея привезли в тяжёлом состоянии и готовят к операции. Тебя. Алексею не надо…
— Спутали с однофамильцем, — качаю я головой. — А что с Лёхой?
— Рука сломана, — отвечает Дима. — И сотряс. В больнице сказали.
— Но сейчас к нему не поедем. А Алик как?
— Он в порядке.
— Хорошо, давайте домой. Наташ, у меня всё нормально. Нет ни переломов, ни сотряса. Это в больнице всё напутали.
