Черные Шипы (ЛП)

Ни хрена не может быть, чтобы все это было простым совпадением.

— Теперь, давайте начнем. Я буду полегче с тобой в первом раунде. Один из вас расскажет мне глубокую, мрачную тайну, о которой никто в мире не знает. Сделайте это, и вы получите воду. В бутылках, а не то дерьмо, что капает из крана.

— Ничего не говори, — шепчу я Наоми.

— Нам нужна вода, — бормочет она в ответ, крепко держа меня за плечо. — У тебя губы потрескались и высохли, и не так давно ты истекал кровью.

— Я буду в порядке. Если ты сыграешь ему на руку, это только сломает нас.

— Мне все равно, лишь бы мы выжили.

— Не хочу портить тебе удовольствие, но у тебя есть десять секунд, прежде чем твой шанс закончится, — Рен делает паузу. — Семь, шесть, пять…

— Ко мне приставали, когда мне было девять, — выпаливает Наоми, ее губы и подбородок дрожат.

Мой кулак сжимается, не только из-за ее состояния или того, что она играет в игру Рена, но и из-за напоминания о том, через что она прошла.

Она не должна разглашать это из-за больной игры.

Она не должна бередить свою рану и рассказывать гребаному незнакомцу свой самый сокровенный секрет.

— Это не глубокий, мрачный секрет, — говорит Рен.

— Так и есть. Никто об этом не знает, и полицейского отчета не было.

— Твоя мать знала, а также несколько психотерапевтов и мужчина, который приставал к тебе. Это не считается.

— У вас есть пять секунд на еще одну попытку. Четыре… три…

— Черт, — бормочет Наоми себе под нос. — Подумай, Наоми, подумай…

— Моих родителей убили, — тихо шепчу я.

Глаза Наоми метнулись к моим, темно-карие расширились от тысячи вопросов.

— Твои родители попали в аварию, квотербек, — провокационно спокойный голос Рена заполняет пространство.

— Это была преднамеренная авария. Они убегали от кого-то, и авария была камуфляжем, чтобы скрыть их убийство.

Наоми ахает и прикрывает рот тыльной стороной свободной руки. Я могу сказать, что она хочет спросить меня больше, но она также понимает, что за нами наблюдают.

Ее маленькое тело прижимается ко мне, и ей даже не нужно произносить ни слова.

Мне жаль, что ты прошел через это.

Может быть, если бы я услышал эти слова, когда мне было шесть лет, все было бы иначе.

Может быть, если бы я знал ее тогда, я смог бы жить по-другому.

Может быть, мы бы не оказались здесь, где она прижимает рубашку к моей ране.

— Сэкай, — весело говорит Рен.

Он знает. Этот ублюдок уже знает о моих родителях.