Визави пожевал губами и сказал:
— Я дам вам две самые дорогие монеты. Первая — очень редкая и древняя. Другую тоже не часто встретишь, но это уже более поздняя по времени. Обе золотые. Вы напишите мне расписку на пять тысяч рублей.
— Пять тысяч? — Ардашев привстал от удивления. — Но это очень много!
— Как хотите, — пожал плечами Адлер. — Иначе мы не договоримся.
Клим потёр ладонями лоб, махнул руками и сказал:
— Я согласен."
"— Ещё раз напоминаю: после посещения этих крохоборов вы будете должны вернуть мне монеты.
На всякий случай я покажу вам всю коллекцию и опишу её подробно. Но сначала давайте покончим с формальностями, составим расписку, — подвигая бумагу, проговорил собеседник. — В тексте следует указать, что возврат займа в пять тысяч рублей может быть произведён посредством передачи займодавцу двух греческих золотых монет: одна из Лидии, с характерным углублением, бывшая в обращении с начала VI века до Рождества Христова, а другая — золотой статѝр Филиппа II с изображением Аполлона, ходивший в Древней Греции и Лидии в период с начала V века до Рождества Христова и до самой середины I века от Рождества Христова.
Передача вышеуказанных монет займодавцу означает фактический возврат суммы долга в пять тысяч рублей. Не забудьте указать своё местожительство и давайте оговорим срок возврата. Одного дня вам хватит? Или два?
— Дайте три.
— Договорились.
Ардашев написал долговое обязательство под диктовку Адлера, подложив под лист синеватой почтовой бумаги копирку.
Когда второй экземпляр, удостоверенный двумя подлинными подписями, перекочевал в его карман, они покинули магазин и поднялись на третий этаж, где и жил его новый знакомец. Дома никого не было, не считая огромного дога, преградившего Климу дорогу, когда он миновал обувной пуфик, стоявший в передней.
— Господин Ардашев, вы посидите пока, — вежливо попросил хозяин. — Но не вставайте и не машите руками. Просто держите их на коленях, тогда Норд не кинется на вас. Словом, слушайтесь его. Если начнёт рычать — замрите и не крутите головой, — благодушно посоветовал он.
— И не стоит разговаривать. Пёс этого не любит. А я пока пройду в кабинет и достану из сейфа всю коллекцию.
Клим опустился на пуфик и машинально кивнул знак согласия. В этот момент огромная тварь начала скалить зубы и рычать. Рука Ардашева незаметно сунулась к поясу, где находился безотказный бульдог, а левая подтянула к себе трость, но чёрная морда вновь оскалилась и шагнула вперёд.
