— А красный шведский спичка из публичный дом — хорошая улика?
— Её можно рассмотреть как косвенное, дополнительное доказательство, но не основное. Не стоит забывать и об орудии убийства, находящемся в этой комнате. Вон он, кистень, в углу валяется. Этим предметом он прикончил трёх человек: Верещагина, старика Погосова и архимандрита отца Адама. Рукописный документ, изъятый у Куроедова, судя по всему, был составлен в магистратуре Нахичевани в 1862 году во время приезда сюда Микаэла Налбандяна. В нём упоминается погибший письмоводитель Погосов.
Полиции надлежит провести опрос с целью отыскания свидетелей, которые смогут подтвердить, что в день убийства они видели Погосова и Куроедова. Для этого придётся восстановить по часам местонахождение старика в день его смертоубийства и, исходя уже этого, опрашивать очевидцев. Главное — нашлась зацепка, позволяющая распутать весь клубок душегубства Погосова. Что же касается убийства настоятеля монастыря Куроедовым, то тому есть два прямых доказательства — серебряный крест, обнаруженный здесь и принадлежащий покойному священнику, и специфическое орудие убийства, которым злодей владел в совершенстве.
— Он ведь и вас собирался прикончить этим кистенем, — вымолвил, молчавший до сего момента, городовой.
— Да, это ещё один состав преступления — покушение на смертоубийство, — согласился Клим.
— Простите, господа, — проговорил врач, — а покойник, сжимающий в руках острое орудие, — это кто?
— Сообщник Куроедова, некто Самуил Яковлевич Бриль, антикварий. Он пытался зарезать меня шабером, да не успел.
"
"— Хоть убей меня, Клим-джан, но как ты узнал, что этот человек и есть Куроедов? Ты же раньше в его лицо не смотрел никогда, фотокарточка его у тебя тоже нет, — не унимался Бабук.
— Когда я увидел так называемого эксперта, то обратил внимание на потёртые носки его штиблет, выглядывающих из-под длинной скатерти. Как я уже объяснял, убийца, завладевший коллекцией Верещагина, тоже носил парусиновые штиблеты. Сначала мне показалось, что я ошибаюсь. Меня смутил подержанный монокль эксперта.
Его стекло имело заметные царапины, черепаховая оправа местами облупилась и потускнела. «Выходит, — подумал я, — эксперт опытный, потому что монокль у него затёртый, а значит, давно в употреблении. По всему видно, что человек знает своё дело, много работает и его часто приглашают для оценки археологических находок». Но не успел монокль оказаться в правой глазнице эксперта, как тут же выпал. Он терял его несколько раз в течение трёх минут.
