— Похож, похож — буркнул Фудзи. — Можешь не сомневаться.
На салфетке, во всю её ширину, красовалась моя физиономия. Новая. Лицо, которое, по моим прикидкам, не должен был знать никто, кроме самых близких.
На двух других были лица Фудзи и Хякурэн. А справа шла вертикальная строчка иероглифов:
""Разыскиваются опасные преступники. Обращаться в любое отделение полиции. Вознаграждение гарантировано"".
— Братец постарался, — с каким-то мазохистским удовлетворением проговорил Фудзи. — Определил нас во враги государства.
— Он же твой брат!"
"— И что с того? История знает гораздо более худшие примеры… В царстве Чин, например, жила такая императрица Ы… Так вот: пришло ей как-то в голову, что дочери могут покуситься на её власть. И казнила всю дюжину. Вместе с мужьями, заметь, и даже с детьми.
— Это было восемьсот тридцать лет назад, — отмахнулся я. — Сейчас совсем другие времена.
— Откуда ты знаешь, что восемьсот тридцать? — сразу же спросил Фудзи. — Не сорок, не пятьдесят, а именно тридцать?
А и правда… Откуда мне это знать?
Но в этот момент послышался шум двигателя и на парковку въехала Хонда, неприметного серого цвета, да ещё и покрытая толстым налётом пыли.
Номера были забрызганы так, что виднелись лишь краешки таблички.
Она тормознула возле нас, передняя дверца открылась.
— Садитесь, — приказала Хякурэн.
— Уважаемая! — всплеснул руками Фудзи. — Ты опустилась до банальной кражи?
Он проворно скользнул в салон.
— Это машина хозяина кафе, — сказала Белый Лотос так, словно это всё объясняло.
Я сел рядом с Хякурэн. Посмотрел на ключ зажигания, на техталон, краешек которого высовывался из-за козырька…
— Он сам дал тебе машину, — сказал я. — Он узнал, кто мы такие, и дал тебе ключи. Разумеется, звонить в полицию он не будет. Почему?..
— Знаешь, какое прозвище с недавних пор дали твоему брату? — вместо ответа Хякурэн задала вопрос Фудзи. Она уже вывела Хонду с парковки и мы неторопливо катили к автостраде, видимой издалека благодаря цепочке ярких фонарей. — Мясник Нагасаки.
— Что? — мой друг побледнел. Это было видно даже в неверном свете фар пролетевшего мимо автомобиля.
— Официальное заявление гласит, — голос Хякурэн звучал тихо и бесстрастно. — Что на Кюсю обнаружена ячейка особо опасного сопротивления Микадо. Сётоку дал жителям острова три дня, за которые они должны были выдать государственных преступников. Когда этого не случилось, он подвёл к Нагасаки войска и расстрелял город из пушек.
Я почувствовал, как немеет лицо.
