Дыхание участилось, но руки и ноги сделались ледяными — словно я вновь погрузился в чёрный песок своего подсознания.
— Это случилось из-за нас? — спросил я, уже прекрасно зная ответ.
— Косвенно, — ответила Белый Лотос. — В Нагасаки завёлся проповедник, который ходил по улицам и кричал, что на трон посадили не того брата. Когда пришло оповещение о выдаче преступников, разумеется, никто и не подумал, что это всерьёз. Ну ходит себе дурачок, бормочет что-то…
— А Сётоку вот как всё повернул, — мрачно кивнул Фудзи.
А потом наклонил голову и прижал ладони к глазам. — Я всегда подозревал, что садист в нём переборет политика.
— Теперь все говорят, что младший брат — их Спаситель, — сказала Белый Лотос. Мы как раз выезжали на скоростную трассу: поднялись по невысокому грейдеру и влились в редкий поток машин. — Принц Фудзивара стал героем.
— Но я ничего не делал! — вскричал мой друг.
— Этого и не надо, — качнула подбородком Хякурэн. — В Ямато и так бродило достаточно слухов о том, что младший Фудзивара покинул дворец и живёт, как простой работяга.
Потому что не хочет иметь ничего общего со своей двинутой семейкой…
— Оставалось лишь придать им подходящую окраску — и Спаситель готов, — добавил я.
— Но я не хочу! — вскричал Фудзи так, словно его прямо сейчас толкают к трону. — Я никогда не видел себя в роли правителя. У меня совсем другие интересы, и…
— Успокойся, — бросила через плечо Белый Лотос. — Это всего лишь народная молва.
— Всего лишь, — ядовито усмехнулся мой друг.
— Разве ты не знаешь, что такая вот народная молва смывает целые династии.
— Как в тысяча шестьсот третьем году, когда сёгун Токугава сверг власть даймё при помощи огромной армии, набранной из крестьян? — спросил я. — Сибаритствующие аристократы задавили население непомерными налогами, и Токугаве было несложно создать армию из людей, оставшихся без крова…
— Ну вот, опять, — всплеснул руками Фудзи. — Чудовище моё, откуда такие познания?
Я пожал плечами.
Просто не нашелся, что бы ответить.
— Это дар Тоётоми, — вдруг сказала Хякурэн.
— Дар? — взвился Фудзи. — Да он же чуть не убил Курои, огрев того по лбу крошечным шариком.
— Я уже говорила: он проделывал это много раз, и всегда очень успешно, — парировала Хякурэн. — Обычное заклинание Полной Памяти.
И тут до меня дошло.
— Я тогда сказал, что ничего не смыслю в истории Тикю, — медленно произнёс я. — И что меня это сильно угнетает.
