– Если я правильно понимаю, у вас имелась возможность остаться в квартире, правильно? Кстати, повторите-ка ещё раз адрес, где все это происходило.
Татьяна покорно продиктовала, только потом сообразив, что попалась на ""еще раз"". Виолетта спокойно и обстоятельно потрошила её, стараясь получить максимум информации.
– Когда вы узнали, что Славик и есть Черный Паук?
– У него был черный костюм, навроде комбинезона с капюшоном, и кожаные перчатки с когтями. А потом он сам сказал. Только я не знала, что он кого-то убил.
Если бы знала, то обязательно сообщила.
– Да? – Виолетта поморщилась. – А почему вы его все время называете Славиком?"
"– Не знаю, – Татьяна замялась, – привыкла, наверное.
– Вы его любили?
– Нет, – помотала головой Татьяна, – так только, ну, в общем, только интимные отношения несколько раз, и больше ничего. Он про горы интересно рассказывал.
– Еще что он рассказывал? Где живет, говорил?
– Ага. Я у него дома была. И телефон знаю.
Она поспешно продиктовала телефон и адрес, которые Виолетте и так были известны.
Черный Паук оказался доверчив, как ребенок, раскрылся перед первой же смазливой мордашкой, купился на ""интимные отношения"". Почему-то многие простодушные юноши считают, что раз девушка отдается телесно, то тем самым полностью отдает и свое сердце, и душу, и готова на край света. Бедняги, они и не подозревают, что зачастую это всего лишь ""интимные отношения"", развлечение и удовольствие, вроде пирожного на десерт.
– И как дальше развивались ваши отношения?
– А все, больше ничего, – облегченно вздохнула Татьяна, – я помирилась со своим другом, а со Славиком больше не встречалась.
– И было это в тот самый день, точнее, в ту самую ночь, когда твои друзья разгромили квартиру Пермякова. Правильно?
– Э-э… – у Татьяны рот раскрылся от изумления, – откуда вы знаете?
– Смелее, девушка, – ободрила её Виолетта, – рассказывайте, не стесняйтесь. Насколько я поняла, вы увидели, как Пермяков разговаривал со мной на улице, страшно рассердились, взревновали и убежали.
Так?
– Так, – Татьяна часто заморгала, и вдруг из глаз её потекли слезы, я же не знала, кто вы, я думала… – И тут она зарыдала в голос.
Виолетта прошла на кухню, потрогала стоявший на плите чайник, не горячий ли, налила в чашку холодной кипяченой воды и вернулась. Татьяна продолжала рыдать, закрыв лицо ладонями.
– Вот, выпейте водички, – сочувственно сказала Виолетта, трогая её за плечо. – Глупо все тогда получилось. Это я виновата, неправильно тогда себя повела.
