– Чево?!
Тамбовский болван, он же лысый олух, угрожающе приподнялся с места.
– Сядь, лободырный! – посоветовала Елизавета Архиповна. – Тебя в приличное место позвали, дурня! А ты…
Она сокрушенно махнула белоснежным платочком.
«Ей-богу, у нее сейчас из рукава косточки полетят».
– Лободырный… – шептал рядом впечатленный Макар. – Только б ее не прервали! Может, она еще кого-нибудь обзовет!
– Словарик составляешь? – тоже шепотом спросила Стриж.
– Рука бойцов колоть устала! – взвыл патриарх так, что все вздрогнули.
– Мочи их… картечью!
Нина закрыла лицо руками. Макар хрюкнул и сполз на стуле.
– Угомоните его кто-нибудь!
– Не то, что нынешнее племя!
– Да отвезите же его в дом!
– В чистом поле под ракитой богатырь лежит убитый!
– Я его сам сейчас убью!
Патриарх напоминал попугая, который порет чушь, но всегда удивительно к месту.
Наконец лысый юнец, которому больше всех досталось от Елизаветы Архиповны, схватил коляску со старцем и потолкал к дому. Оставшиеся вздохнули с облегчением.
Но радость их была преждевременна."
"– Как там змея называется, которая свой хвост жрет? – сладко пропела Елизавета Архиповна.
– Дура оголодавшая, – предположил Гриша.
– Это ты дура оголодавшая, – отрезала старушка. – Мимо юбки пройти не можешь, слюной захлебываешься. А змея – она человек нормальный.
– Уроборос, – подсказала Саша.
И съежилась на всякий случай.
Однако старушонка глянула на нее одобрительно.
– Точно! Уроборос! Вы все тут уроборосы.
– Это почему еще? – взвилась чернокудрая Рита.
– Дык поедом себя едите, что не уберегли мальчонку!
– Елизавета Архиповна!
– Ты, змея подколодная, уж поди и топорик приготовила!
Рита в онемении уставилась на старушку. И непонятно было, то ли ее поразило оскорбление, то ли старушка неожиданно попала в точку.
Вернулся Ритин друг и встал, набычившись, в тени деревьев.
– Всех вас насквозь вижу! – Страшно довольная эффектом Елизавета Архиповна откинулась на стуле. – А ты чего молчишь, Петюня?
Петр поперхнулся куском рыбы.
– Петрушу-то не трожь, – внезапным басом потребовала Нина.
– Ой! Ой! – Старушка всплеснула руками. – А то что? К Ивану своему пойдешь?
Нина Борисовна глотнула воздух, как рыба, вытащенная из воды.
– Это что еще за Иван? – удивилась Алевтина и закрутила головой во все стороны. – Кто такой? Почему мы не знаем?
«Дура непроходимая», – ужаснулась Саша.
А старушонка зашлась в злорадном хихиканье.
– Вы посмотрите на себя! Хи-хи-хи!..
