В центре восседал… твою же ж родительницу, настоящий жираф — только детеныш! Он хлопал глазками, глядя по сторонам и, похоже, никак не мог сообразить, как сюда попал.
И это еще не все. Были и два енотика, три цапли, несколько медвежат, а хомяков, мышей так и вовсе без счета.
— Ты жена, стал быть? — парень окинул меня наглым взглядом. — А чего, хороша! Чего тебе тут делать? — он сплюнул на землю. — Приходи к нам в табор, там любой цыган тебе небо в алмазах покажет!
— Там все такие наглые и невоспитанные хамы, или только ты? — осведомилась я.
— Он просто в рыло не получал давно, — намекнул Янур, подойдя ко мне.
— Забирай приплод, мне ехать надобно, — парень тут же поскромнел.
— Так много! — с тоской прошептал демон, глядя на наших новых фамильяров.
— Я радовалась, что пристроила два с половиной десятка, — кивнула ему. — А приехало в три раза больше.
— Ты умница, Лола, — рука мужа обвила талию. — И ты права. Если не находить им новых компаньонов, приют скоро закроется из-за нашего банкротства.
— Откуда столько? — я подняла глаза на демона. — Неужели все маги такие свиньи?
— Она у тебя и не знает ничего, что ли? — Цыган усмехнулся и, спрыгнув с телеги, начал быстро скидывать с нее фамильяров.
— Осторожнее! — крикнула я. — Это же малыши!
— Да мне кучу наложить, — он взял коня за уздцы и повел свою скрипящую рухлядь к воротам.
С трудом удержавшись, чтобы не швырнуть в гада туфлей, я погладила жирафчика и посмотрела на мужа.
— Чего я не знаю? О чем говорил этот мерзавец?
— Он из цыганского поселка, — с неохотой ответил Янур, почесывая за ушком толстенького медвежонка.
— Там цыганки «отвязывают» от магов нежеланных фамильяров.
— Как это? — я подхватила на руки крольчат, которые норовили упрыгать в разные стороны.
Вспомнила рассказ девочки про лисенка — отец заставил ее произнести магические слова, а потом унес малыша.
— Сильные маги могут это сделать сами, — пояснил черт. — А те, что послабее, ищут таких вот помощниц, чтобы им пусто было, как эти цыганки.
Те проводят обряд, и в итоге эти малыши оказываются у нас."
"— Вот гадины! — процедила я сквозь зубы. — А чего раньше не сказал?
— Боялся, что тогда ты передушишь всех цыганок, — он тепло улыбнулся.
— Вот надо бы! Чтобы зло такое не творили! Я бы в их космы вцепилась и…
— Здравствуйте, — раздалось за моей спиной.
Я обернулась и увидела Стефанию, дочь Тарда. Надо же, почему она пришла к нам?
— Прошу прощения, — совсем белые щеки девочки запылали от смущения.
