– Доброе утро, дорогие. – Раздумья Катерин были прерваны стуком высоких каблуков и волной мало подходящих к утру ароматов – вошла Элеонор, послала всем воздушный поцелуй и плюхнулась в кресло гримера с театральным вздохом.
– О Господи, сегодня я выгляжу как последнее дерьмо.
Кто бы спорил, подумала Катерин, искоса бросив взгляд на Элеонор.
– Твори свои чудеса, Нина, – скомандовала Элеонор, – сделай меня сногсшибательной, душечка.
Гримерша слегка приподняла брови, потом обернула белую простыню вокруг розовой майки Элеонор и приступила к работе.
– Вот это ночка! – воскликнула Элеонор, ни к кому конкретно не обращаясь. – Эта вечеринка у Джонсонов – что-то фантастическое. Почему ты не пришла, Китти, дорогая? Со своим сказочным новым поклонником?
– Я устала, – правдиво ответила Катерин. – Да и эти вечеринки, все как две капли воды похожи друг на друга.
– Да, верно, это так, но, дорогая, ты бы посмотрела на наряды! Прямо-таки dernier-cri[25] из костюмного фильма ужасов.
Она засмеялась своим смехом-колокольчиком, вынесенным из театральной школы, и, несмотря на огромную надпись «Не курить», закурила сигарету.
– Ну и что же происходит, дорогая? – спросила она.
– Где что происходит? – холодно поинтересовалась Катерин.
– Где же господин Красавец, мечта всех девственниц? Тут слушок прошел, дорогая, что лягушатник тебя кинул.
Элеонор сняла с век примочки и с любопытством уставилась покрасневшими глазами на Катерин, которая сидела, плотно сжав веки. Гримеры понимающе переглянулись. Поговаривали, что плохое настроение Катерин вызвано неурядицами по мужской части.
Теперь они могут узнать поточнее.
«Значит, эта сука что-то подозревает?» – подумала Катерин. Это означает, что спасательная команда распустила языки. Что им еще делать после утренней работы, как не сплетничать? Дураками их не назовешь. Жан-Клод обычно звонил на съемочную площадку по меньшей мере дважды в день. Если команда знает, что он перестал звонить, да и у Элеонор есть свои подозрения, сколько времени пройдет, пока об этом узнают газеты?
Но Катерин не собиралась доставлять Элеонор радость.
Она открыла глаза и с отвращением посмотрела на черные корни, которые просвечивали сквозь белокурые волосы Элеонор.
– Я всегда полагала, дорогая моя Элеонор, что англичане самые цивилизованные люди на земле. Но это было до того, как я познакомилась с тобой.
– О! – усмехнулась Элеонор. – Я сделала правильные выводы, так, дорогая? Жан-Клод тебя бросил, верно?
Китти вспомнила вечеринку у Джейка Моффатта.
