Он приехал за ней в семь часов, и, когда она увидела его в белой гостиной разглядывающим три золотые пластинки, подумала, что он выглядит еще лучше, чем ей запомнилось. Загар стал золотистее, светлые волосы непослушнее, прозрачные глаза зеленее моря.
– Вижу, они вас позабавили, – сказал он.
– Они очаровательны. Жаль, что я не знаю, кто их прислал.
– Теперь знаете.
Катерин внимательно посмотрела на него.
– Ну разумеется, это был я. Я хотел с вами познакомиться.
Он пригласил ее поужинать в «Л'Оранжри», но легко согласился изменить свои планы, когда она предложила вместо этого пойти на вечеринку.
Китти понимала, что хочет испытать его. На этой вечеринке должны присутствовать добрая половина ее друзей и большинство людей, имеющих вес в индустрии развлечений, которые очень быстро распространят слухи о последнем мужчине Катерин. Вечеринка устраивалась Беверли и Хэлом Хаун в честь дня рождения Гейба Хеллера в верхних кабинетах «Ма Мезон». Когда они входили, Катерин заметила, что на них смотрят все.
Она прекрасно сознавала, что они составляют красивую пару и что очарование и сексапильность Жан-Клода немедленно привлекут к нему большинство дам.
– Милостивый Боже, где ты раскопала этот великолепный экземпляр? – восхитилась Донна Миллс, когда они столкнулись в дамской комнате.
– Импортировала, – улыбнулась Катерин.
– Давай признаемся честно, дорогуша, мужики такого сорта здесь под ногами не валяются. Ты уверена, что он не актер?
– Совершенно определенно. – Катерин постаралась объективно оценить свое лицо.
Румяна ей явно не требуются. Раскрасневшаяся, с блестящими глазами, и замирающая от предвкушения. – Он точно не в шоу-бизнесе, дорогая Донна. Слава Богу, он занимается другими делами.
– Ну, выглядишь ты как кошка, проглотившая канарейку. – Донна усмехнулась, взбивая свои светлые волосы.
– Еще нет, но вся ночь впереди.
Вернувшись в зал, она обнаружила, что Жан-Клод очаровывает Шарон Ласкер, молодую жену престарелого голливудского воротилы.
Шарон имела репутацию покорительницы мужских сердец и в данный момент была окружена ореолом сексуальной доступности. Приблизив свое сильно напудренное лицо почти вплотную к лицу Жан-Клода, она не отрывала от него бирюзовых глаз с контактными линзами. Она облизала свои сверкающие помадой губы, как будто хотела его съесть, и одним ловким заученным движением сунула ему в карман свою визитную карточку. Жан-Клод ничем не показал, что заметил ее маневр.
