Ей представился его голос, бесстрастно описывающий события последних десяти лет — как он их провел и где. Тони никогда не упоминал об опасностях, но она не была столь наивной, чтобы самой не догадаться. А в такие моменты, как сейчас, когда маска сходила с его лица, его обостренные черты являлись откровенным свидетельством пережитого им за это десятилетие.
Тони очень хотел ее этой ночью. Она даже не Думала, что сможет полностью удовлетворить такого необыкновенного мужчину. Это открытие ее очень обрадовало.
Осторожно проведя рукой, Алисия убрала тяжелую прядь с его лба. Тони пошевелился и едва не проснулся, но затем его рука еще сильнее обхватила ее, после чего, успокоившись, он снова погрузился в глубокий сон.
Алисия опустила голову на подушку и долго с удивлением смотрела на него. Этот человек теперь для нее в жизни значил больше, чем все остальное, вместе взятое.
Тони покинул Уэйвертон-стрит еще до того, как солнечные лучи осветили мостовую. Вчерашняя удовлетворенность прошла, и теперь он слишком явно ощущал подкрадывавшуюся к ним с неизвестной стороны опасность.
Он не мог — не должен был — потерять Алисию, не мог даже спокойно воспринимать тот факт, что ей угрожает эта опасность, а следовательно…
Во время завтрака, как всегда в положенное время поданного ему Хангерфордом, Тони обдумал свои планы. Хангерфорду тоже в них нашлось место, однако сначала надо было пойти в кабинет и написать две записки.
Первая — для Джеффри Маннингема — была готова уже через несколько минут, и, отправив ее с лакеем, Тони принялся за составление второго сообщения, которое предстояло как следует обдумать.
Он все еще был занят поисками верного тона, стараясь подобрать наиболее удачные выражения, когда приехал Джеффри. Жестом пригласив его присесть в кресло у очага, Тони сел рядом с ним.
— Есть новости? — поинтересовался Джеффри, когда хозяин дома опустился в кресло.
— Пока нет. — Тони загадочно улыбнулся, показав чуть ли не все свои зубы.
— Зато есть кое-какие планы. Джеффри хмыкнул и поудобнее устроился в кресле.
— Можешь начинать — я весь превратился в слух. Когда Тони коротко обрисовал ему суть своего замысла.
Джеффри тут же горячо его одобрил:
— Если ты сумеешь все как следует организовать, не забыв, конечно, при этом убедить свою возлюбленную, то это был бы самый разумный путь. — Он с невольным уважением посмотрел на Тони.
