Вздохнув, Тони осторожно взял Алисию за руку и, вежливо поклонившись, произнес:
— Разрешите пригласить вас, миссис Каррингтон?
От неожиданности Алисия вздрогнула и обернулась — всего лишь на мгновение, — однако и этого оказалось достаточно, чтобы лорд Маннингем успел вернуться к Адриане, которая, судя по радостной улыбке, тотчас же осветившей ее лицо, только этого и ждала, поскольку уже давно пообещала ему этот танец.
Алисия не успела рта раскрыть, как виконт уже увлек ее прочь.
— Да постойте же!
— Но ведь танцевальный зал — там… — Тони не собирался сдаваться.
— Знаю. Но я еще не приняла ваше приглашение!
Тони бросил на нее взгляд, в котором не было раздражения, а только одно любопытство.
— Вот как? И почему же?
— Потому что я вообще не хочу танцевать!
— Не хотите? Но вы довольно хорошо танцуете…
— Это не имеет никакого значения… В данный момент я дуэнья… и не более того. Дуэньи не танцуют. Мы должны присматривать за своими подопечными, и в этом заключается наша главная обязанность!
Тони рассеянно посмотрел на танцующих.
— Успокойтесь, ваша сестра сейчас танцует с Маннингемом, а он не какой-нибудь грубиян — если, конечно, последние десять лет не изменили его до неузнаваемости; так что ваша подопечная в полной безопасности, и вам нет никакой надобности за ней присматривать.
Они вышли на середину зала, и Тони, подхватив партнершу, закружил ее в вальсе.
У Алисии перехватило дыхание, но она твердо решила не подавать вида.
— Вы всегда так настойчивы?
— Не знаю, — с улыбкой ответил он.
— Прежде никто не задавал мне подобных вопросов. К тому же я уже лет десять не появлялся в свете…
Алисия внезапно нахмурилась.
— А почему вы не появлялись в свете десять лет? И где вы были все это время? — подозрительно спросила она.
Виконт посмотрел на нее с таким видом, будто ответ был написан у него на лбу, а затем снова улыбнулся:
— Я служил в гвардии.
— И участвовали в битве при Ватерлоо?
— Да. А также на Пиренейском полуострове.
— О!"
"Тони с удовольствием наблюдал, как она переваривает полученную информацию. Хотя вальсировал он прекрасно, танцы не были его любимым занятием: он, пожалуй, предпочел бы до изнеможения повозиться с женщиной среди разметанных простыней на просторной постели, нежели чинно описывать круги в чопорном бальном зале.
Сейчас, когда танцующая с ним женщина заводила его до крайней степени, он уже и не мог припомнить, когда подобное было с ним в последний раз.
