К тому же я и сам у пластунов учился. Вот и начал им потихоньку науку эту передавать. Так и пошло. А когда ребят два десятка набралось, пошел старым казакам кланяться, которые всякие хитрые приемы боя знают. Так школа и появилась, – ответил Елисей, не реагируя на подначку.
– И с чего вы бы рекомендовали мне начать? – не унимался Мышкин.
– Для начала решите, что именно вы хотите делать. А там можно и людей нужных подбирать, – спокойно отозвался парень.
– У вас, Елисей Григорьевич, на все всегда ответ имеется? – не удержавшись, слегка вспылил князь.
– Отнюдь, князь. Все только Господь Бог знает, – тут же поддел его Елисей. – А я только умею слушать и на том основании делать выводы.
– Похоже, полковник Тимофеев недаром вас очень ценит, – задумчиво проворчал князь.
– Это он вам сказал? – удивился Елисей, думая про себя: «Угу, так ценит, что тебя мне подсунул. Сплавил, зараза, а мне возись теперь с тобой. Да еще и сестрица твоя. Нино, в случае чего, ей махом космы повыдергает».
– Полковник считает вас одним из самых умных и ловких бойцов в этих местах, – между тем рассказывал князь.
– И вообще, он говорит, что вы для него что-то вроде талисмана. С тех пор, как вы познакомились, его дела пошли в гору, и он это весьма ценит.
– Что-то не в меру полковник разговорился, – удивленно проворчал парень.
– А еще он говорил, что на вас всегда можно положиться, и вы умеете, многое понимать с полуслова, – закончил Мышкин.
«Ах, вот оно что, – вдруг сообразил Елисей, припомнив их разговор, состоявшийся сразу после возвращения князя.
– Савич решил на время спрятать тебя, и лучшего места, чем крепость, для этого не найти. Но, твою ж маман, почему? Точнее, не так. Что в этом князе такого, что его нужно прятать? Что он имеет или знает? Блин, одни вопросы».
– Что же вы молчите, князь? – вдруг раздался вопрос."
"– Жду, когда вы закончите мне дифирамбы петь, – рассмеялся Елисей. – Господин полковник весьма добр ко мне. Но должен сказать, что он и сам не промах. Впрочем, вы это и так знаете.
Ну, а вы, Елизавета Васильевна, с чего вдруг решили в наши палестины приехать? – сменил он тему.
– Решила Петрушу навестить. Он же у меня такой рассеянный, – посетовала женщина. – Вы не поверите, князь. Он однажды, задумавшись, два часа вокруг нашего дома ходил. Наше счастье, что конюх его приметил да отвлек. А то так бы и замерз на улице. Дело-то зимой было.
– Да уж, разок так задумаешься, и больше думать нечем будет, – удивленно проворчал Елисей.
