Четвертый рубин

Дирижабль выровнялся, и Джек, шатаясь, подковылял к пушке – но что толку? Руки не слушались, как он ни старался, не шевелились даже пальцы. Таннер тем временем продолжал прицеливаться. Воздушный корабль, повёрнутый бортом, был идеальной мишенью. Джек видел, как палец Таннера ложится на спусковой крючок, и приготовился к худшему. Внезапно послышался шум крыльев, и на лодку откуда-то сверху спикировала деревянная птица. Голубь из библиотеки! В лучах солнца блеснул острый бронзовый клюв.

Рука Таннера дёрнулась, ракетница выпалила в сторону птицы, и в тот же миг Джек почувствовал, что снова владеет своим телом.

Схватившись за рукоятки, он развернул пушку, навёл на лодку и дёрнул рычаг. Бам! Чёрный дым заволок глаза, в носу защипало от пороха. Стрела якоря устремилась вперёд, со свистом разматывая витки стальной проволоки. Смахнув с лица сажу, Джек успел увидеть, как Таннер перевалился через борт и плюхнулся в воду. Тяжёлый якорь проткнул лодку насквозь почти рядом с ним, во все стороны полетели щепки. Голубь вновь поднимался кругами в небо, целый и невредимый.

Джек испустил победный вопль. Однако радоваться было рано. Он обшаривал взглядом волны вокруг тонущей лодки в поисках Таннера, когда вдруг проволока резко натянулась, и дирижабль клюнул носом. Решётчатая платформа вздыбилась под ногами, Джек кувырнулся через перила и повис в воздухе, уцепившись за колючее железо одной рукой.

– Гвен! – выкрикнул он, почти не надеясь, что она услышит. До переговорной трубки было слишком далеко.

– Отцепи трос, Джек! – донёсся слабый ответ. Услышала!

Якорь, глубоко ушедший в дно озера, держал воздушный корабль на привязи, заставляя его спускаться ещё ниже.

– Джек, скорее! Отцепи трос, слышишь?

Проволока крепилась к пушке простым замком, похожим на кольцо парашюта. Кряхтя от боли, Джек перехватил руку, подтянулся и дёрнул. Проволока, свистя, улетела в воду. Дирижабль резко выровнялся, и платформа качнулась, подбрасывая Джека и помогая перевалиться через перила назад.

Приподнявшись, он увидел перед собой надвигающийся склон холма. Озеро осталось позади.

Возвращаться в гондолу было поздно, и он отчаянно вцепился в перила, но человеческие руки были не в силах противостоять силе рывка. Со страшным треском гондола врезалась в скалы, поднимая облако пыли. Хруст веток, ослепляющая боль, темнота. Джек разлепил глаза и поморщился. Голова раскалывалась, вернулась слабость и неприятное покалывание во всём теле.