Чистилище. Турист

И только убедившись, что его не преследуют, Коля вернулся к штабу гусаковских и по-тихому забрался в стоящую неподалеку заколоченную высокую избу, из которой можно было наблюдать за бандитским логовом, самому при этом оставаясь незамеченным.

Коля не знал, что его уже обнаружили.

Башира Адуева со школьных лет называли Горцем, хотя родился он в небольшом селе под Москвой, где его семья жила как минимум три поколения. Был он рыжий, невысокий ростом. Бриться начал только в двадцать два года. Играл в русские шашки, всегда берег пальцы для гитары.

Говорил без акцента. Автомобили не любил, считал, что с ними много мороки. Компаний избегал, друзей заводить не стремился. И при всем этом он все равно оставался Горцем.

Потому что Башир. И Адуев к тому же.

Ему было двадцать семь лет, когда он познакомился с Гусаком. Случилось это зимой, в январе. Башир вел груженый «МАЗ» по трассе, на заснеженной обочине которой замерзал молодой экспедитор Гусев – у него была сломана нога и пробита голова.

Гусева выбросили из машины, в которой он вез партию импортной электроники. Башир, заметив бесформенную груду за снежным отвалом, как-то понял, что это живой человек. Он остановился, чтобы оказать первую помощь: зафиксировал пострадавшему ногу, забинтовал голову и перетащил в теплое место – в кабину «МАЗа». Узнав, что экспедитора ограбили, Башир надумал остановить преступника. И это ему удалось. Правда, у водителя и его подельника обнаружились обрез и древний пистолет системы «наган», а у Горца при себе был только баллонный ключ. Однако дальнейшее развитие событий подтвердило старый тезис о том, что вооруженный баран не может стать волком и все равно остается бараном…

Гусак нашел выручившего его водителя через месяц после того, как выписался из больницы.

– Я про тебя уже все знаю, – сказал он. – Навел справки. Предлагаю работать на меня. Откажешься – больше мы не увидимся. Согласишься – не обижу. А планы у меня большие…

Башир подумал и согласился, потому что «МАЗ» часто ломался, а за рейс платили столько, что хватало лишь на съем комнаты в коммуналке.

Всякое случалось в их жизни. Многих приятелей они потеряли, многих врагов пережили. Башир так и не стал Гусаку другом, не такая у него была натура, но ни один, ни другой ни разу не пожалели о той зимней встрече.

Идея ехать в Мезень Горцу не понравилась – он тогда только поглядел на карту и сразу понял, что ничего хорошего из этой затеи выйти не может.