Чистилище. Турист

Возможно, капитан, исполнив все задуманное, попытался выбраться из своего гарнизона, чтобы присоединиться к нам, и погиб где-то в схватке с мутантами. А может быть, он обратился, как это рано или поздно случается со всеми зараженными. Или умер от голода прямо на посту, не имея возможности пополнить запасы… Мы не знаем. Он просто не вышел на связь.

– Значит, Степка так и не узнал, спаслись ли мы, – пробормотал Коля.

– Зато он знал, что продлил жизнь сотням, а может, и тысячам людей.

Твой брат был настоящий герой. А герои – не умирают…

Мичман отвернулся, украдкой вытер глаза.

– Вы все же отдохните, – сказал он глухо и поднялся, глядя в сторону. – Скоро уже будем на базе…

База располагалась в небольшой круглой бухте, примерно в двух километрах от скалистого берега – в десяти кабельтовых, как выразился Мичман. Здесь стояли на якорях корабли, но сколько их тут собралось, Коля сосчитать не мог – когда они вошли в бухту, было уже темно.

Десантные катера медленно скользили по тихой воде, огибая черные туши судов, обозначенные разноцветными огнями. На далеком берегу тоже что-то светилось: то ли костры, то ли окна домов.

– Разгружаться будем в доковой камере, – предупредил Мичман. – Но я предлагаю не ждать, сойдем прямо у гостиницы.

Через пару минут катер прижался к плоскому борту какой-то плавучей платформы – то ли баржи-сухогруза, то ли дебаркадера.

Повеселевшие моряки бросили концы встречающим их товарищам, потом сверху спустили дощатый трап, который Мичман тут же обозвал сходней. Коля ступил на сходню с опаской: катер терся о швартовые кранцы, внизу хлюпала черная вода, самодельный трап скрипел и качался.

– Добро пожаловать, – сказал кто-то, протягивая руку. – Вы с Карговского?

– Припозднились что-то. Сто сорок восьмой уже три часа как здесь.

– Мы его сразу отпустили, – сказал Мичман, помогая взойти на трап Маше и детям. – А сами задержались, чтобы проверить, не появится ли еще кто.

– Ты, Колька, познакомься с тезкой-то, – по-доброму посоветовал Мичман встречающему моряку. – Он тоже Николай. Рыбников!

Моряк похлопал Колю по плечам, приобнял. От него сильно пахло куревом.

– Рад, что вы добрались.

Кажется, это все же был сухогруз.