Чижик - пыжик

Я догадался, что беглецов будет больше, и взял еще два комплекта кожаных курток, спортивных костюмов и кроссовок — обмундирование рэка — и четыре комплекта закинул в машину Вэке. Пригодились, хоть и не все.

Я достал из бардачка маленькую японскую радиостанцию «уоки-токи», вышел на связь:

— Да, — отозвался он.

— Вперед. Жми на всю, — приказал я, надавив на педаль газа соскальзывающей, грязной туфлей.

Куцый ехал порожнем. Его задача — оттягивать на себя мусоров. Любой ценой, начиная с денег и заканчивая ТТ. Пацан был горд поставленной перед ним задачей.

Аскольд, который вошкался, толкаясь локтями, на переднем сиденьи, приостановил процесс переодевания, чтобы покашлять вволю и произнести:

— Да-а… Хорошо живете.

Догадываюсь, что ему не хотелось линять с зоны. Там все налажено, сыто, спокойно. Там он — партноменклатура. А на воле жизнь волчья, бегать надо, рисковать. Когда густо, когда пусто. Посидев в моей машине, посмаковав роскоши, быстренько перестроился. На то он и вор: тяга к красивой — в его понимании — жизни в нем неодолима.

Проскочили благополучно. Куцый даже ни копейки не потратил. Никто не попросил. Спали, суки, по будкам. Время ведь предрассветное, тяжелое.

Определили беглецов к Деркачу, чтобы были среди своих. Там они перелиняли с зеков на вольных. Примерно через неделю слетает первый, самый заметный слой; месяца через три — второй; а третий — могила исправит. Я сразу узнаю бывшего зека. По тому, как держит руки, когда стоит, как сидит, курит, почесывает голову, не снимая шапку.

Уверен, что и некоторые мусора обладают такой наблюдательностью.

В Толстожопинске беглецы расстались лишь с первым слоем. Потом мы повезли их дальше. Опять на трех машинах, но уже без лишней стремы. Куцый вызывал лай на себя и отбиваться должен был только башмалой и правами. Я на всякий случай зарядил ему трое водительских прав.

Аскольд сидел впереди, дышал на меня устоявшимся перегаром. За все эти дни трезвым он был от силы несколько секунд, необходимых, чтобы разжмурить глаза и дотянуться до угодливо наполненного стакана.

Он забыл, что не хотел сваливать с зоны, базлал о планах на будущее. Планах радужных, как защемленная залупа. Позавчера Аскольд закинул мне, что не прочь бы остаться в Толстожопинске. Не хватает мне мороки растаскивать Вэку с Деркачом, третий вклинивается. Аскольд, правда, намекнул, что не прочь и покомандовать, а заодно и развести заклятых френдов. Обо мне он даже не вспомнил. Получалось, жену отдай дяде, а сам иди к бляди.