Что скрывал покойник

Но сейчас, стоя в кухне, которая видела столько счастливых дней рождения, восхитительных рождественских торжеств, была сценой для раздачи трогательных подарков и поедания тортов и пирожных, сопровождающихся возгласами «Хочу добавки!», он понимал, что жизнь его уже никогда не будет такой, как прежде. Слишком много было сказано и сделано. Вопрос заключался в следующем: согласится ли Филипп приложить силы и старания для того, чтобы они снова стали одной семьей? Полторы недели назад, злой и расстроенный, он ждал, чтобы его сын пришел к нему.

— Да? — раздался недовольный голос в ответ на его неуверенный стук в дверь.

— Можно войти? Я хотел бы поговорить с тобой. Без криков, спокойно. Просто поговорить, хорошо?

— Филипп, — Маттью опустился на стул и повернулся к мальчику, который лежал на неубранной постели. — Я сделал что-то такое, что причинило тебе боль. Но проблема в том, что я не знаю, что именно. У меня уже мозги набекрень. Это все из-за подвала? Ты злишься из-за того, что тебе приходится убирать в подвале?

— Может, я накричал на тебя или сказал что-то, что задело твои чувства? Если так, пожалуйста, скажи мне об этом.

— Филипп, я не сержусь на тебя за то, что ты сделал. И никогда не сердился. Мне было больно, да, и еще я растерялся. Но я не злился на тебя. Я люблю тебя. Можешь поговорить со мной? Что бы это ни было, ты можешь рассказать мне об этом.

Маттью взглянул на сына и впервые за этот долгий год увидел своего нежного, впечатлительного, заботливого, доброго мальчика. Филипп смотрел на отца и чувствовал, что ему очень хочется рассказать ему все. И он уже почти решился на это. Почти. Он стоял на самом краю обрыва, над бездной, и смотрел в пропасть под ногами, ища забвения. Отец предлагал ему сделать шаг вперед и довериться ему, обещая, что все будет хорошо. Он поймает его, не даст ему упасть.

Но он так и не рискнул… Вместо этого он отвернулся лицом к стене и нацепил наушники.

Маттью опустил голову, уставился на свои грязные старые рабочие башмаки и впервые увидел налипшую на них грязь и обрывки листьев.

Гамаш сидел в бистро Оливье у камина в ожидании, пока его обслужат. Он только что пришел.