Что скрывал покойник

Вокруг нее на белых стенах были развешаны картины остальных художников, под которыми выстроились и сами творцы-созидатели. Они имели несчастье быть выбранными для участия в экспозиции, во время которой их работам будет однозначно оказано намного меньше внимания, чем картине погибшей женщины. Кое-кто из них втайне признавался себе, что их несчастье ни шло ни в какое сравнение с тем, что постигло бедную женщину, которая уже была мертва, но даже в несчастье она сумела превзойти их. Жизнь художника и в самом деле занятие неблагодарное.

— Как всем вам наверняка известно, трагическая смерть вырвала из наших рядов прекрасную женщину и, как оказалось, одаренную художницу, — начала свою вступительную речь Элис Джейкоб, председатель жюри.

Клара втиснулась между Беном и Питером. А Элис все разглагольствовала о достоинствах и добродетелях Джейн. По ее словам выходило, что та была чуть ли не святой. Наконец, когда у Клары уже лопнуло терпение и она была готова взорваться, Элис произнесла:

— Итак, без дальнейших церемоний, — Клара, которая знала и любила Джейн, сочла, что шума и суеты и так было предостаточно, — предлагаю вашему вниманию картину Джейн Нил под названием «Ярмарка».

Покрывало сняли, и взорам собравшихся предстала наконец «Ярмарка». Раздались охи и ахи, а потом воцарилась красноречивая тишина. У зрителей, разинувших от удивления рты, на лицах отражались изумление, отвращение и недоумение.

Гамаш не смотрел на мольберт, он не сводил глаз с толпы собравшихся, следя за их реакцией.

Но единственной реакцией, которая привлекла его внимание и которая могла считаться странной, было проявление чувств со стороны Питера. Его нетерпеливая улыбка увяла как только с «Ярмарки» сняли покрывало, и после недолгого созерцания он склонил голову набок и нахмурился. Гамаш, который наблюдал за этими людьми в течение вот уже двух недель, знал, что для Питера Морроу это было равносильно душераздирающему воплю.

Питер повернулся к Гамашу спиной и отошел в сторону.

Старший инспектор последовал за ним.

— Мистер Морроу, меня не интересует эстетическая сторона, я расследую убийство. Пожалуйста, отвечайте на вопрос.

Питер растерялся. Он явно не ожидал ничего подобного, как и многие люди, считавшие, что Гамаш не способен изъясняться жестко и непреклонно.

— Картина не дает мне покоя. Не могу сказать, почему, поскольку сам ничего не понимаю. Просто мне кажется, что это не та работа, которую мы оценивали две недели назад.