Что скрывал покойник

Тем не менее, в чем тут дело и в чем заключается странность, я понять не могу.

Гамаш пристально разглядывал «Ярмарку». Она никогда ему не нравилось, так что его трудно было назвать подлинным ценителем, но, в отличие от рисунков на стенах дома Джейн Нил, это произведение ничуть его не волновало и не трогало.

— И что же, по-вашему, изменилось?

— Ничего. Может быть, изменился я сам. Это ведь возможно? Похоже на карточный фокус, который проделывала Джейн с дамой червей. Может быть, искусство тоже меняется? Я знаю, что когда в конце дня смотрю на свою работу, то она кажется мне блестящей, а на следующее утро она же выглядит жуткой мазней.

Картина не изменилась, изменился я сам. Может статься, смерть Джейн произвела на меня такое впечатление, поэтому того, что я раньше видел в картине, больше в ней нет.

— Вы сами верите в это?

«Черт бы побрал этого назойливого полицейского», — подумал Питер.

Двое мужчин не сводили с «Ярмарки» глаз, и вдруг медленно, поначалу едва заметно в комнате возник посторонний звук, которого они никогда не слышали раньше.

Он усиливался, стал громче, пока наконец эхом не зазвучал в толпе зрителей. Клара почувствовала, как от лица у нее отлила кровь и похолодели руки. Что это, ураган? Или, может быть, провозвестники надвигающейся бури? Неужели их накрыла Кайла? Но, похоже, громкий гул и рокот исходили из здания. Из этой самой комнаты. Собственно говоря, звук рождался совсем рядом с Кларой. Она обернулась и обнаружила его источник. Им оказалась Руфь.

— Это я! — Руфь ткнула указательным пальцем в танцующую козу на «Ярмарке».

И непонятный гул и рокот сменился громоподобным хохотом. Руфь зашлась от смеха. Она смеялась так, что ей пришлось ухватиться за Габри, чтобы не упасть. Ее смех оказался столь заразительным, что вскоре хохотала уже вся комната, включая и забытых художников с кислыми выражениями на лицах. И оставшуюся часть вечера большинство людей провели у картины Джейн, узнавая на ней себя и своих знакомых. Руфь обнаружила там родителей Тиммер и ее брата и сестру, давно уже умерших. Там была учительница первого класса и муж Тиммер, и класс, в котором они учились. Они были изображены в виде цыплят. В течение часа или около того почти каждая фигура на картине была опознана. Тем не менее Питер взирал на картину молча и без улыбки.

Что-то явно было не так.

— Поняла! — воскликнула Клара, указывая на картину. — Она ведь была нарисована во время заключительного парада, правильно? В тот день, когда умерла твоя мать.