Что скрывал покойник

Оно будет опубликовано в следующем сборнике ее стихотворений под названием «Со мной все в порядке»:

Но сильнее всего Клара запомнит ядовитый смех Андрэ, который продолжал звучать у нее в ушах, когда она молча возвращалась к своему столику, до которого, как ей казалось, она шла целую вечность. Так смеется избалованный, злой ребенок, когда видит страдания и муки живого существа. И звук его был очень знакомым.

— Кто это звонил? — поинтересовался Бювуар, когда Гамаш вернулся на свое место. Бювуар заметил, что его начальник не просто ходил в туалетную комнату.

— Доктор Харрис. Я не знал, что она живет неподалеку, в деревушке, которая называется Клегхорн Холт. Она сказала, что завезет нам отчет по дороге домой, часов около пяти.

— Я распорядился, чтобы несколько человек занялись обустройством комнаты для совещаний, и отправил еще одну бригаду в лес все там заново тщательно обыскать. Полагаю, стрела может быть в одном из трех мест: она или торчит в земле где-то в лесу, или ее подобрал убийца и к настоящему моменту, скорее всего, уже уничтожил, или же, если нам повезет, она среди тех стрел, которые Лакост нашла в Клубе лучников.

— Согласен. Действуйте.

Бювуар отправил двух агентов допросить Гаса Хеннесси и Клода ЛаПьера о происшествии в бистро. Разговор с Филиппом Крофтом он оставил для себя. После этого он присоединился к Гамашу, который ждал его на улице, и, спрятавшись под одним зонтом, мужчины зашагали через деревенскую площадь.

— Мерзкая погода, — заметил Бювуар, поднимая воротник куртки и зябко поводя плечами, чтобы стряхнуть капли дождя.

— Дождь не перестанет, да еще и похолодает, — машинально ответил Гамаш и внезапно понял, что ведет себе как настоящий деревенский житель, во всяком случае в том, что касается прогнозов погоды.

— Что вы думаете об агенте Николь, Жан Ги?

— До сих пор не могу понять, как она попала в Сюртэ, с таким-то отношением к делу, не говоря уже о рекомендации принять ее с повышением до сотрудника отдела по расследованию убийств. Она неспособна работать в команде, совершенно не умеет разговаривать с людьми, абсолютно не умеет слушать.

— Как вы думаете, она способна учиться? Она ведь совсем еще молода, правильно? Сколько ей, лет двадцать пять?

— Она не так уж и молода. Лакост ненамного старше ее. И я убежден, что возраст здесь ни при чем, все дело в личности.